В лесной долине, где воздух царит в тиши, молодые люди Митька и Катя шутливо обсуждают уход Реваза. Вдруг Катя сворачивает с дороги не по инструкции, а надежды их обоих разрушаются на полном километре от места встречи. Приятельские отношения испытывают губительное влияние страсти и зависти....
Вот только почему ты против?
— А знаешь, я действительно против, — задумчиво пробормотала Катерина. — Ты ни словом не обмолвился, что осознал и сожалеешь. Не поклялся последним презервативом, что больше не пойдешь к проституткам. Ни-че-го! Тебе в каком-то сне привиделось, что нужно восстановить наш брак, и ты являешься ко мне, даешь указания, настраиваешь против меня Алису. По какому праву, Феликс? Какую цель ты преследуешь? Зачем?
— Ты ждешь от меня покаянных речей? — удивился он. — Их и не будет. Я привык так жить.
— Меня даже от разговора с тобой тошнит, Феликс. И для меня неприемлемо жить с человеком, пьющим из лужи, прости. Поэтому, подумай хорошенько, зачем тебе нужна именно я? И перестань настраивать против меня Алису.
— И что тогда? — вскинулся он.
— Ничего, будем сосуществовать, как и раньше. ВидитсяВидеться иногда. Принимать согласованные решения о воспитании дочери.
— Меня это не устраивает, — пробурчал Феликс. — Давай начнем с чистого листа. Обещаю красиво ухаживать.
— Я не хочу, Сарычев, — в который раз вздохнула Катерина. — Оставь меня в покое.
— Ты должна попытаться, — бросил он, укладывая в разрезанный круассан кусочки семги и творожный сыр. — Хотя бы ради дочери. Она страдает, и ты можешь ее совсем потерять, — предупредил он, протягивая ей приготовленный бутерброд.
"— Мне нужно подумать, — устало заметила Катя, понимая, что последнее предупреждение больше напоминает угрозу. Есть расхотелось, а на глаза навернулись слезы. Катерина попробовала взять себя в руки, не получилось. Она на негнущихся ногах прошла в ванную и закрыла за собой дверь. В этот момент домой вернулась Алиса.
— А где мама? — удивленно поинтересовалась она и тут же громко воскликнула — Опять истерика? Как же мне это надоело!
Кате хватило сил решительно выйти из ванной.
— Поезжайте, — велела она. — На сегодня достаточно.
— Я позвоню, — предупредил Сарычев, выходя вслед за Алисой. — Не хочу потерять тебя.
Ей снова захотелось закричать, что он ее давно потерял, что ничего не склеить и не соединить. Но Катя опять промолчала. А когда за мужем и дочкой закрылась дверь, она в изнеможении опустилась на креслице, стоявшее в прихожей, и разрыдалась. А потом задумалась, что делать дальше.
