Автор
В зале танцуетесь люди от удивления и охались, артисты демонстрировали невероятные фокусы паркура. Смех, восхищенные стоны и даже небольшие слезы на лицах участников мероприятия — все свидетели чудес, которым я несёт удивительную сказку через каждый акробатический трюк....
Полное соответствие параметрам ритуала… Девушка, вытяните руку, пожалуйста. Один, три… семь! Глазам не верю. Это просто невероятно! У вас совпадает даже структура узора на подушечках пальцев! Постойте так еще секунду…
Ученый извлек из кармана портняжный метра. В то время как я растерянно переминалась с ноги на ногу, хлопая ресницами, старичок носился вокруг и снимал с меня мерки. Судя по всему, те, которые требовались гробовщику для изготовления последнего пристанища тела, потому как далее последовало три вопроса: «Сколько вам лет?», «Каков ваш вес до переноса?» и «А можно я вас слегка пырну скальпелем?»
– Совсем сдурел, старый?! – Грудью встала на мою защиту подруга.
Грудь была не слишком внушительной, но седовласый ученый впечатлился.
– Прошу прощение, немного увлекся процессом, – виновато улыбнулся старичок и представился: – Дин Морияди, специалист по другим мирам и населяющим их сущностям, а это мои спутники. Мальчика зовут Тимьян, а его отца…
– Горец, – перебил умопомрачительно красивый мужчинка.
"Жуть, как хорош! Никакие Бреды Питы и рядом не стояли!
– Горец… и все? – уточнила подозрительная Линка.
Она вообще вела себя так, словно неописуемая красота мужчины не будила в ней первобытную страсть. Завидую! Я вон чуть слюной не захлебывалась, глядя на этот эталон мужской красоты.
Эталон, словно догадываясь о всех тех нехороших мыслях и картинках, промелькнувших в моем сознании, незаметно подмигнул и ответил:
– Горец. Этого достаточно.
Кому как! Ну да ладно, мне в общем-то не важно, почему он решил не называть своего имени.
И вот пока я любовалась горцем, как творец любуется собственной картиной, выставленной в музее на радость восхищенной толпы, сзади подкрался ученый и дернул меня за волосы. Я отчетливо расслышала над ухом щелканье ножниц, решила, что из меня для полноты образа решили сделать Ван Гога, и испуганно отскочила в сторону.
– Эй! – возмущенно выпалила я, в панике проверяя целостность уха руками.
За ухо волновалась зря. Этот коварный Морияди срезал у меня длинную прядь и теперь накручивал оную на большой палец.
– В мою коллекцию, – пояснил фетишист недоделанный, пряча прядь в пакетик, а после в нагрудный карман.
– Тебе еще повезло, – усмехнулся Горец. – У меня он просил в коллекцию палец.
– О да, замечательный получился образец! – просиял Дин Морияди, склоняясь над рюкзаками.
