Автор
Оставив за собой беспорядок в кухне, Алиса выходит из дома, где готова только кофе. Её муж, Олег, оправдывается нехорошими словами - "Пересолёные", но это лишь маска для его недовольства её стилем жизни. Вечером она продолжает работать как фрилансер, в то время как он проводит вечер с друзьями. Алиса чувствует себя исключительно на своём месте - вдали от мужа и его упреков....
Может, можно было бы собраться в тихом семейном кругу. Но Сашуля вряд ли, вырвется, моя мать по-прежнему со мной не разговаривает, только отец. Родители и друзья Димы.
— Сыыын. — слышу протяжно на выдохе. Что я только что пропустила?
— Что, что. — переспрашиваю взволнованно и непонимающе."
"— Сын, Лисичка. — Дима наклоняется, целует меня в лоб и упирается в него своим. — У нас будет сын.
Прежние страхи мгновенно скручивают моё сознание, сын, мальчик, двадцатая неделя. Дальнейшее происходит как в тумане, мы идём в кабинет к доктору, она довольна моим состоянием и моими показателями, всё в норме, всё как нужно и как положено.
Выйдя из клиники, я как мантру повторяю эти сказанные доктором слова. Вроде меня садят в машину, но мы, не двигаемся. Да, действительно не двигаемся, стоим.
— Лисичка, отомри уже, что с тобой, ты не рада, хотела дочку. — в его голосе сейчас столько волнения и недоумения.
— Нет, да, нет, — слёзы подступили и готовы сорваться в любую секунду, — мальчик, двадцать недель.
— Не понял. — Димочка в очередной раз крепко меня обнимает, и пытается собрать из моей несвязной речи суть проблемы. — Это всё ерунда Лисичка, слышишь меня, ерунда. Ты абсолютно здорова, сама же врача слышала, и с малышом всё в порядке, перестань себя накручивать. Ок.
Я киваю куда-то ему в грудь, там, где насквозь промокла рубашка. Сильней втискиваюсь в него, хочу срастись и не думать ни о чём, пусть он нас двоих в себе носит до родов.
— Маленькая моя, поехали домой.
— Фигушки, мне на работу надо, я только до обеда отпросилась. — Дима печально вздыхает.
— Поехали хоть покормлю вас, за одно и поговорим. — напрягаюсь.
Скажите с чего вдруг так напрягаться. Что он может мне такого наговорить. Я увидел, ребёнок настоящий, он будет плакать, какать, кушать, и меня это будет бесить. Вы мне не нужны. Я дура.
— Лисичка, — привлекает моё внимание мужчина, едва отходит официант. — я давно уже об этом думал, но… с тобой страшно говорить, ты можешь разревется в любой момент.
