Автор
В главе "Глава 1" романа "Договор на тройню", Арина быстро набирает текст на ноутбуке. Как обычный самиздатовский автор, она написала еще один роман в свободное время, пока детишки играют и учатся. Этот новый сюжет — это не просто история о троих детях; он затрагивает глубокие темы семьи и предательства в мире бизнеса. Атмосфера романа напряженная и мрачная, отражая непредсказуемость человеческих отношений в сложных жизненных ситуациях....
Мама выступит на стенде буквально за полчаса, а потом уедем домой, хорошо?
Три одинаковые слишком послушные мордочки внимательно слушают мои наставления, а затем дружно кивают.
Мое сердце сжимается. Все же Марат Бероев, каким бы чудовищем он не был, наградил меня тремя самыми замечательными, самыми любимыми детьми на свете! И я так счастлива, что шесть лет назад не поддалась уговорам и не сделала аборт!
— Не пележивай, мамотька! — заявляет мне дочь, — я плисмотлю за мальчишками!
Маратик и Давидка переглядываются друг с дружкой и на их мордочках появляются фирменные ухмылочки.
С того момента, как они впервые пошли в садик, мы сменили уже пять детских дошкольных учреждений. Дело в том, что к моим сыновьям нужен особый подход, и только нынешний, частный, безумно дорогой для моего кармана садик может этот подход находить. Но, тут скорее, не подход, а нас терпят потому что я плачУ. Руководство сада попросту не хочет упустить денежных клиентов.
У мальчишек обостренное чувство справедливости. Они не терпят никаких насмешек или подколов, первыми не дерутся, но сдачи дают конкретно и обидчикам обычно не здоровится. Оба моих сына высокие, рослые, развитые не по годам. Но там и понятно — папаша, что медведь, огромный под два метра, накаченный, спортивный.
А еще мальчишки очень подвижные и любопытные. Им все нужно потрогать, постукать, подергать, попробовать на вкус…
«Они так познают мир» — успокоил меня в самом начале детский психолог, к которому меня направили сразу после первого вылета из детского сада.
Глава 6
— Ариночка, солнышко, задержалась немного! — вроде и не в укор, а вроде и как в укор заявляет мне Сергей Викторович.
— Пробки. — говорю я виновато.
Мои тройняхи немного попритихли и вроде даже как растерялись от большого количества народу.
— Ну ничего, Ариш, не переживай, на нашем стенде пока никого нет. — успокаивает меня «дядя Сережа», глядя на то, как мои детки жмутся ко мне.
Ну вот, никого нет, как я и думала. Риша Стар (мой псевдоним) мало кого интересует из читателей, поэтому… потусуюсь тут полчаса да и свалю под шумок, прихватив деточек. Очень надеюсь, что никто не придет на наш стенд.
— О, приветики, детвора! — обращает Сергей внимание на моих деток.
