Автор
В главе "Глава 1" романа "Договор на тройню", Арина быстро набирает текст на ноутбуке. Как обычный самиздатовский автор, она написала еще один роман в свободное время, пока детишки играют и учатся. Этот новый сюжет — это не просто история о троих детях; он затрагивает глубокие темы семьи и предательства в мире бизнеса. Атмосфера романа напряженная и мрачная, отражая непредсказуемость человеческих отношений в сложных жизненных ситуациях....
Глава 7
Арина
— Я?! — кипятится мужик. — Встать и уйти?! А вы знаете, что мои книги напечатали?!
— Поздравляю.
— Да! В издательстве! Тиражом аж в триста экземпляров!
— Невероятно. — ухмыляюсь я.
— А вы мне, встать и уйти, говорите! — обижается мужик.
— Ну вам же противно со мной сидеть.
— Вот именно! Хорошо, что вы это понимаете! — мужик демонстративно воротит от меня нос.
На наш стенд тем временем впархивает ярко-рыжее нечто. Худая вертлявая теточка средних лет, очень подвижная, точно огонек.
— Так. Я ничего не пропустила? Читателей еще нет?
Теточка берет табуреточку и ловко втискивается за столик между мной и слонопотамом.
— Ася Торн, — представляется она, глазами выискивая бумажку со своим именем.
— Риша Стар. — улыбаюсь я даме.
— Тьфу ты, одни лырщицы тут собрались! — снова плюется ядом Паша.
Ася высокомерно оглядывает противного мужика, и наклоняется ко мне:
— Не обращай внимания, он вечно недовольный. С мамкой до сих пор живет, девственник, вот и злится на красивых девушек.
— Вы все проститутки и развратницы! Только про влажные мечты про боссов и можете писать! — насупливается Паша.
— Ой, а ты тут такой гениальный выискался, — фыркает Ася, — только и может про гаремы в своих книжулях писать, потому как в реале тебе ни одна нормальная баба не…
— Господи, молодежь, вы что наделали?! — слышу я голос Сергея Витальевича поверх голосов ругающихся писателей.
Пытаюсь заглянуть за спину слонопотама и понимаю: произошла катастрофа!
Вскакиваю с хлипенькой табуреточки и несусь в сторону своих деток.
— Не-е-ет!!! Динарочка! Давид! Марат! — прижимаю похолодевшие ладони к разгоряченным щекам.
Но поздно: ори — не ори, а новенькая стопка книжек уже полностью разрисована фломастерами.
— Вы зачем книги трогали? — только и могу спросить я.
Дети втягивают головы в плечи и мне становится их жаль.
— У нас бумага закончилась. — басит Давидка.
— Вот мы и решили, раз книзьки лежат, значит на них можно лисовать…
Сергей бегает рядом, точно в одно место раненный.
— Это книги Паши Ахно… — обморочным голосом бормочет он.
А я злюсь. Ну и нечего было детей сажать рядом с книгами и еще им фломастеры раздавать. Ну ясно же, если пустить козла в огрод, чем это все закончится. Пусть только попробует хоть слово сказать моим малышам!
— Сергей Витальевич?! — орет раненным слонопотамом Паша.
