В дремучей русской глубинке жила семья Барченко. Утро началось не по-обычному: Саша опоздал на уроки из-за сна. А в то же самое время, за пределами города, тайны древнего погребения Изиды раскрываются для одного искушенного детектива. Книга обещает быть волнующей и загадочной....
Отец обнял Сашу, сказав - все эти типографические ""Изиды"" и ""Оракулы"" не доведут тебя до добра!
- Знаете, на что он потратил пятирублевку, подаренную дедом? На трактат Сент-Ива д""Альвейдра о каком-то пропавшем царстве!"
"Помещик Бунин улыбнулся, ответив, что и его сын берет в соседнем имении редкие масонские книги екатерининской поры, особо любя старинную ""Энциклопедию эмблем"" Амбодика.
- Ей же еще Тургенев увлекался - заметил нотариус Барченко, занятная книжица, чтение Амбодика развивает фантазию.
... Над Россией царило очередное поветрие - нет, не чума и не холера, а спиритическая лихорадка. Умные и глупые, молодые и старые, богатые и бедные - все, словно находясь в гипнотическом оцепенении, ринулись вызывать духов, вертя круглые столики, пытаясь расшифровать ""голоса оттуда"". Не минуло оно и уездный город Елец. Субботним вечером в доме инспектора Полозовского собралась мрачная (сейчас сказали бы - готическая) компания гимназистов. Верховодила ими на правах хозяйки средняя инспекторская дочь, Лида, провалившая недавно экзамены по итогам седьмого класса.
Гимназисты сели на венские стулья вокруг изящного овального столика на львиных гнутых лапах. Книжечки, которые они тогда читали - та же ""Магнетическая магия"" Каанье, или ""Пневматология"" де Мирвиля - расходились в советах, какой формы стол лучше подходит для общения с загробным миром. Но за прямоугольным столом, стоявшим в столовой, было б неудобно: там гремела, наводя чистоту, прислуга, а вызов духов требует полного сосредоточения на своей просьбе.
Они закрылись в гостиной и начали. Сквозь плотно задернутые шторы - так
рекомендовал им ""Догмат и ритуал высшей магии"" Элифаса Леви - не проникал свет уличного фонаря. Свечей не зажигали. Лишь наверху, за чердачной балкой, хлопала крыльями сидящая на гнезде голубица.
Страх темноты, выползший из детских кошмаров, неожиданно проснулся в юных ""спиритах"".