В дремучей русской глубинке жила семья Барченко. Утро началось не по-обычному: Саша опоздал на уроки из-за сна. А в то же самое время, за пределами города, тайны древнего погребения Изиды раскрываются для одного искушенного детектива. Книга обещает быть волнующей и загадочной....
- Политических материалов не будет? - строго спросили Барченко.
- Ни за что! - улыбнулся он.
- Тогда с Богом - почти по-восточному ответили ему в комитете по печати.
Первый номер вышел в начале июня, когда богачи уезжали прохлаждаться на побережье, куда-нибудь в район Эзеля, и нарвское мещанство оказывалось временным хозяином города. Разошелся он легко, но дебютный выпуск традиционно покупался хорошо, а сколько человек купят второй номер, еще вопрос. В ""Непознанном"" было: краткое (в рамочке) сообщение о целях и задачах издания, один рассказ Барченко ""Заживо погребенная"".
На последней странице разместились: критический обзор новых оккультных сочинений, фотозагадка и письмо ученицы епархиального училища о гаданиях на воске. Письмо, ругаясь, сочинил фон Вительгаузен. В анонсе - раскрытие арканов Таро, разговор о буддизме устами русского паломника, параллельные миры и диспут на тему ""вампиры-кто они?"" О последнем Барченко смело предложил высказаться самим читателям, понимая, что большинство писем будет начинаться со слов - ""моя жена вампир, она пьет мою кровь ведрами"".
- И эту глупость мы тоже напечатаем? - поразился фон Вительгаузен.
- Для разнообразия одно письмо дадим, сказал Александр, чтобы каждый знал: его мнение мы учитываем. Лично я стану отвечать на всю корреспонденцию, даже глупую.
- Ну, смотри, тебе видней!
Играя на незнании мещанами иностранных языков, Барченко, еще не ездивший никуда дальше Казани, нагло сочинял очерки, рассказы, дневники и воспоминания, насыщенные иноземной экзотикой, яркими именами, выдавая их за переводы европейских авторов.
Русская мистика во многом была заимствованная, переводная. Поэтому Александр смело выдал вольный пересказ труда Элифаса Леви - младшего за свое сочинение: он вполне мог выйти из-под пера отечественного писателя.
А о соблюдении авторских прав никто не заикался.
- Эти иностранцы должны нас благодарить, что мы переиначиваем их опусы, ворчал фон Вительгаузен, мучаясь над приспособлением к русскому уху сложных арабских имен героев одной английской повести.
Без нас их читали б 100 человек, а так узнают все 874 подписчика ""Непознанного"". Я из этой чуши творю конфетку...