В дремучей русской глубинке жила семья Барченко. Утро началось не по-обычному: Саша опоздал на уроки из-за сна. А в то же самое время, за пределами города, тайны древнего погребения Изиды раскрываются для одного искушенного детектива. Книга обещает быть волнующей и загадочной....
- Знакомая фамилия! Уж не ему я гадал на бульваре в Дерпте? Да, припоминаю: Альфред Розенберг...
- Я должна вам передать вот это - Лида протянула своему учителю большой конверт, испещренный почтовыми штампами и яркими заграничными марками. От Иоганна Фридриха фон Вительгаузена...
Александр долго всматривался в готические немецкие строчки.
- Нет, мне с ними больше не по пути - сказал он сам себе.
Тайное общество ""Туле"" обошлось без елецкого оккультиста.
Новая встреча Барченко и Шнеерсона состоялась зимой 1926 года.
Appendix 3. Варшава, начало 1920-х годов."
"Патер Добрушко терпеть не мог одного противного, гордого нищего, промышлявшего на высоких ступенях варшавского костёла. Всякий раз, открывая длинными старинными ключами высокие кованые врата своего храма, меланхоличный ксёндз видел несчастную, согбенную фигуру, маячившую вдали. Присутствие этого человека обдавало Добрушко каким-то темным роком, пугало и смущало, словно не обычный убогий попрошайка приплелся просить подаяние, а некто страшный и сильный.
Нищему подавали мало, но он всех охотно благодарил, улыбаясь, и продолжал стоять до самого позднего вечера.
Однажды к нищему пришел давний знакомый, они начали неспешный разговор по-русски.
- Здравствуй, Николай! Уж кого не ожидал, так это Чаплина увидеть!
- Здравствуй, Сергей!
- Ты что тут делаешь?
- Милостыню собираю.
- Подают?
- Не особо.
- Ты не обижайся: попрошайничество твое - дело пустое. Есть другое предложение, финансы сразу поправишь.
- Криминал?
- Нет, что ты, Николай! Легкое мошенничество. Магический салон - добавил он шепотом, гадания, снятия сглаза, привороты, отвороты и эликсир жизни! Но под сводами костёла говорить об этом неуместно...