Каждый человек обязан жизнью Господу Богу. Калифорния же подвержена еще и ударам, которые она переживает примерно каждые сто лет — отсыражениям земных слоев или потоплениям в своем собственном жилище из-за парализации страха. Для тех, кто не пролетел на сотни футов в подземные криотермы или оказался погребенным до самого дна своих подвалов, Калифорния обещает чудесную атмосферу опасности и сомнений, где каждый день может стать последним....
Подумать только! Такие классные девицы!
Одна из них опустила руку на плечо доктора и сказала:
– Мы так за тебя беспокоились!
– Пустяки. Вот этот джентльмен все уладил.
Теперь девушки пристально посмотрели на Римо, а одна подошла и встала рядом с его креслом.
– А мы начали беспокоиться за вас, – сказал Римо. – Это были мафиози, вы догадались? А куда делись те двое, с которыми вы ушли?
Девушка, стоявшая рядом с доктором, несколько замявшись, ответила:
– Они ушли.
– Без машины?
Девушка, казалось, смутилась.
– Они решили размяться и пройтись. Сказали, что по дороге их подберут друзья. – Вторая девушка прыснула. Очевидно, это показалось ей смешным.
– А-а… – произнес Римо.
– Кстати, – сказала девушка, стоявшая около доктора, – а вы кто?
– Меня зовут Римо, Римо Бломберг. – Он отчаянно пытался смотреть ей в лицо, в глаза, на что угодно, только не на ее грудь.
Но ничего не выходило, он видел только ее груди. Впрочем, он бы очень удивился, если бы ему все же удалось справиться с собой.
– А как вас зовут? – спросил Римо.
– Извините меня, – встрепенулся доктор. – Это мои дочери. Они помогают мне в опытах. Это Джекки, а та Джил.
Римо взглянул на лицо девушки, которое почти заслоняла ее высокая грудь, и поймал взгляд ее глаз.
– Значит, Джекки и Джил, – повторил он. – Замечательно.
Девушка наклонилась к его уху и прошептала:
– А будет ли замечательно, если я сейчас схвачу вас кое за что и нажму?
– Нет. Или даже нет-нет. А может быть, и нет-нет-нет, – ответил Римо, – на ходу внося поправки в свои арифметические подсчеты.
– Они близнецы, – запоздало и без всякой надобности пояснил доктор.
Римо кивнул, затем тихо сказал девушке, стоявшей рядом:
– На самом деле вы не совсем одинаковые.
– Не совсем?"
"– Да. Я думаю, у вас объем груди 42, а у нее только 41,5.
– Мама всегда любила меня больше, – сказала Джил и добавила: – Никогда бы не подумала, что вы это заметите.
– Вот если бы я оказался сейчас в Сикстинской капелле, то, пожалуй, не заметил бы знаменитых фресок на потолке.
– Подумаешь, многие мужчины не заметили бы… Во всяком случае, здесь в Калифорнии. Вы знаете, какие они… Я подумала, может, вы не такой.
