Каждый человек обязан жизнью Господу Богу. Калифорния же подвержена еще и ударам, которые она переживает примерно каждые сто лет — отсыражениям земных слоев или потоплениям в своем собственном жилище из-за парализации страха. Для тех, кто не пролетел на сотни футов в подземные криотермы или оказался погребенным до самого дна своих подвалов, Калифорния обещает чудесную атмосферу опасности и сомнений, где каждый день может стать последним....
В таком случае завтра шериф Вейд Уайт также получит по заслугам. Убирать его немедленно никак нельзя. До тех пор пока он, Римо, не доберется до всей этой шайки вместе с их аппаратурой. Ведь он ничего не может сделать с уже установленным на определенное время механизмом, вызывающим землетрясение.
Ожидая ответа абонента, Уайт барабанил пальцами по столу. Одиннадцать гудков прозвучало на другом конце провода, прежде чем там взяли трубку.
– Это Уайт.
– А это Джекки. Зачем ты звонишь сюда, свинья? Я же говорила, чтобы ты никогда сюда не звонил!
– Но это очень важно.
Помедлив какое-то мгновение, Джекки сказала:
– Хорошо, мы отменим его. Когда ты получишь деньги?
– Завтра после полудня. От Бломберга.
– Ладно, свинья. Принесешь их сюда, когда стемнеет. И проверь хорошенько, чтобы тебя никто не выследил.
– Этот Бломберг пытается следить за мной.
– Насчет него не беспокойся. Если завтра ночью кто-нибудь и будет следить за тобой, то уже не Бломберг. К этому времени наш друг Римо будет мертв.
В тот же самый момент та же мысль мелькнула в голове другого человека, который заказывал себе номер в мотеле «Ковбой». Его звали Муссо.
Глава двадцать третья
– Здесь все, шериф. Полтора миллиона.
Вейд Уайт стоял в гостиной Римо. Взгляд его маленьких глаз из-под широких полей шляпы так и вонзился в коричневый кожаный саквояж, наполненный пачками денег.
– Купюры мелкие, старые, с номерами не по порядку, – сказал Римо. – Куда вы собираетесь их доставить?
– Я должен оставить их сегодня вечером на шоссе номер семнадцать в указанном месте, – ответил Уайт.
– Что за место?
– Извините, Бломберг, но этого я не могу вам сказать. Если за мной будут следить, сделка сорвется. А вы понимаете, что за этим последует.
– Да, могу представить, – произнес Римо. Он только что вышел из бассейна, чтобы встретить Уайта, и потому был в белых плавках.
– Попытаюсь. Можете на меня рассчитывать, – ответил Уайт, выдвигая подбородок, чтобы придать лицу уверенное выражение. Затем он взял саквояж и вышел. Пока он шел к своей патрульной машине, Римо провожал его взглядом.
