Каждый человек обязан жизнью Господу Богу. Калифорния же подвержена еще и ударам, которые она переживает примерно каждые сто лет — отсыражениям земных слоев или потоплениям в своем собственном жилище из-за парализации страха. Для тех, кто не пролетел на сотни футов в подземные криотермы или оказался погребенным до самого дна своих подвалов, Калифорния обещает чудесную атмосферу опасности и сомнений, где каждый день может стать последним....
– Колебания есть всегда, хотя бы самые незначительные. Ты должен почувствовать их, подключить к своим собственным, и тогда станешь хозяином положения, – сказал Чиун и скрестил руки.
Проехав несколько кварталов, Римо снова произнес:
– И все же он не создавал никаких колебаний.
Еще через несколько кварталов Чиун ответил:
– Колебания есть всегда. Вроде тех, что ты ощущаешь сейчас. Чувствуешь?
Римо мгновение прислушивался к себе.
– Преследуют? – спросил он.
– Да, за нами следят, – ответил Чиун.
Римо взглянул в зеркало заднего вида.
– Сейчас он впереди, – откликнулся тот. – Большое черное чудовище. Он только что обогнал нас и завернул за угол.
Римо, не прибегая к тормозам, слегка сбросил скорость, чтобы получше рассмотреть черный «кадиллак», в котором сидел человек, старавшийся принять равнодушный вид. Проезжая мимо, Римо увидел его голову и толстую шею. Муссо, сказал он себе.
Римо взглянул на часы. Почти шесть. Еще уйма времени до того, как Уайт отправится передавать деньги.
На улицах становилось все безлюднее, и Римо поехал быстрее. Город кончился, теперь они ехали по ровной сельской местности. На шоссе часто встречались стоянки для грузовиков и автозаправочные станции. Эти места были ему знакомы. Он видел их в первый день, когда вместе со Смитом приехал в Сан-Эквино.
«Кадиллак» держался позади, между ним и машиной Римо шел другой автомобиль.
Это было одноэтажное шлакоблочное здание, фактически туннель, открытый с обоих концов.
На дороге впереди и сзади машин не было. Римо начал постепенно перестраиваться в левый ряд, одновременно сбрасывая скорость, «кадиллак» быстро сокращал дистанцию.
Когда обе машины почти поравнялись с поворотом на мойку, Римо резко вывернул руль вправо. Его машину занесло. Водитель на «кадиллаке», чтобы не столкнуться с Римо, также отвернул вправо и, почти выскочив на обочину, направил свою машину на покрытую гравием дорожку, ведущую к мойке. В этот момент Римо газанул и поставил свой автомобиль рядом с «кадиллаком», но чуть-чуть сзади, отрезав его от шоссе.
