В холодных зимних ночах, когда шум города окутывал тебя как густой туман, ты начинаешь слушать дремучие песни ритм-гитары из старых записей. В этот момент Доктор Сон - таинственный композитор, чьи инструментальные произведения исчезают в бескрайних пространствах телевизора. Это не просто музыка: это ожившая призрачная личность, которая проникает прямо в твое сознание и меняет реальность....
Спасибо, что испортил…"
"В его голове возникла картинка, моментально заслонившая вид на реку: обугленный и дымящийся праздничный торт. При других обстоятельствах это было бы смешно, но не сейчас.
Он мягко взял ее за плечи и развернул к себе.
– Тут нечего понимать. В этом нет смысла. Это не более чем семейная история. Твоя семейная история. И как сказал бессмертный Элвис Пресли, это твоя крошка, тебе ее и качать.
– Не понимаю.
– Ты можешь однажды начать писать стихи, как Кончетта. А можешь столкнуть кого-то еще в пропасть силой своего сознания.
– Я бы никогда этого не сделала… Но Роуз это заслужила! – Абра повернула к нему мокрое от слез лицо.
– Это бесспорно.
– Но тогда почему же мне это снится? Почему мне хочется все вернуть? Она бы убила нас, так почему мне хочется все вернуть?
– Что именно ты хотела бы вернуть? Убийство как таковое или полученное от него удовольствие?
Абра понурила голову. Дэну очень хотелось обнять ее, но он сдержался.
– Никаких нотаций, никаких моралей. Просто разговор родственных душ.
– Так что же мне делать? Что я могу сделать? Иногда меня охватывает такая злость… И не только на нее, но и на учителей, на одноклассников, которые считают себя такими крутыми, что дальше некуда… на тех, кто смеется, если ты не блещешь в спорте или носишь неправильную одежду…
Дэн припомнил совет, который дал ему однажды Кейси.
– А ты сходи на свалку.
– Что? Как это? – Она уставилась на него.
Он отправил картинку: Абра при помощи своих экстраординарных способностей – которые, как ни трудно в это было поверить, еще не достигли пика – переворачивает старые холодильники, крушит телевизоры, расшвыривает стиральные машины. А над головой кружат перепуганные чайки.
Она поняла и захихикала.
– Неужели это поможет?
– Уж лучше свалка, чем буфет твоей матери.
Она наклонила голову и посмотрела на него веселыми глазами.
– Но ее тарелки были таким убожеством.
– Так ты попробуешь?
– Непременно, – ответила она с таким видом, словно дождаться не могла, когда же попадет туда.
– И еще кое-что.
Она снова стала серьезной.
– Тебе необязательно становиться тряпкой.
– Приятно это слышать.
– Просто помни, как опасна ты бываешь в гневе. А потому…
У него зазвонил мобильный телефон.
– Тебе стоит ответить.
Он вскинул брови.
