Автор
В холодном проливье женщина спасает человека от неудачного спуска. Окружающая природа — заброшенное болото — усиливает напряжение. Женщина страстно кричит, чтобы он снимал одежду, пугаясь самой своей решительности и страха за жизнь этого человека.
Выбрала серо-зелёные нитки и за раз быстро соорудила головной убор с помпоном. Сделала селфи с улыбочкой и шапочкой на распущенных волосах, отправила Розе.
Роза: «У меня размер головы больше».
Солнце: «Не проблема! Увеличу. Завтра попытаюсь нарваться на увольнение. Боюсь я его, Кот, скорее всего, правду сказал».
Пришла фотография шикарного браслета: как веточки вились завитки на нём, а вместо листиков — голубые и зелёные камушки.
Роза: «Это тебе на Новый год».
Солнце: «Это очень дорого. Шапочкой не обойдусь, придётся вязать ещё шарфик и рукавицы».
Роза: «Работай в своё удовольствие. Не будет он к тебе приставать, вот увидишь. А с Котом своим прекращай заигрывать, пожалеешь. Он ласковый, пока выгодно».
Солнце: «Сама понимаю, но есть в нём что-то притягательное».
__
Солнце: «Что значит ""долг оплачен""?»
Влад: «А ты пойдёшь со мной на свидание?»
Я не ответила ему.
***
Я привлекала внимание. В офис в старой куртке, кроссовках и с рюкзаком никто не ходил. Но у меня с утра причёска и макияж сделаны.
Меня знали. Прославилась.
Молодые охранники с широкими улыбками встречали меня у турникета.
— Доброе утро, Эмилия Романовна, — поздоровался самый молодой.
— И вам не хворать, — ответила я и приложила электронный пропуск к датчику.
Я пришла очень рано. На это была своя причина. Я решила уволиться. Не знаю, оплачен ли долг, Влад мог соврать, но попробовать надо.
Я поднялась на наш этаж. В «домике» быстро переоделась, посмотрела на себя в зеркало. Выглядела потрясающе, как прилежная ученица старшей школы. Соберу сегодня ещё конфет и шоколадок.
Взяв маленький пакетик с мукой, пошла в кабинет к боссу. Его на месте не оказалось, на что я, в принципе, рассчитывала. Зашла в его комнату, проникла в санузел и в фен для укладки чёрной мексиканской шевелюры высыпала муку. Не захочет увольнять, я сама напрошусь.
Вернулась в кабинет и столкнулась с Санчесом уже в двери.
— Ты что здесь делаешь? — громко и строго спросил он.
Я без слов вынула из кармана сложенный в несколько раз листок и отдала ему.
— Увольняюсь.
Сатир нахмурил брови. Прочитал мою писанину и порвал бумагу.
— Прежде чем любой договор подписывать, читай, — он был не в настроении.
