Автор
В холодном проливье женщина спасает человека от неудачного спуска. Окружающая природа — заброшенное болото — усиливает напряжение. Женщина страстно кричит, чтобы он снимал одежду, пугаясь самой своей решительности и страха за жизнь этого человека.
Шокировать, впечатлять я умела. Ошарашенная Винера, раскрыв рот, уставилась на меня очумевшим взглядом. Теперь будет долго думать, что это было.
— Не я за ним бегала, а он за мной. На пару с Деевым, — нагло кинула ей в лицо. — Я — артефактная любовница. На таких, как я, обычно женятся, а таких, как ты, выбрасывают на обочину. С образованием, воспитанием и баночками сожранных антидепрессантов.
Мне самой бы антидепрессанты не помешали. Я отвернулась и вышла из уборной. На этом моё актёрское мастерство сдулось. Я парировала, потратив последние душевные силы.
«Дурёшка-матрёшка с улицы».
Меня никто так никогда не оскорблял, так не втаптывал в грязь, не растирал по стенке и не уничтожал морально, это больно. Только внутренний стержень удержал. Уж лучше с Анжеликой подраться и обменяться парой колкостей. Своё, родное…
Уличное?
Да пропади всё это пропадом!
Вышла из уборной и продефилировала к гардеробу.
Шла красиво, как умела. Держалась смело из последних сил. Мне нужна передышка. Я знала, что Санчес взрослый мужчина и будет всегда лакомым куском.
***
Её глаза были добрыми, наполненными тёмной глубиной и мексиканским жаром. Это её мама, Ро́са Санчес. Лилия вышла замуж за Никитина и переехала в Россию. Родила мужу троих замечательных детей. Один из которых такой замечательный, что я, наверное, не потяну его.
Она перехватила мою руку, когда я тянулась за пальто. Улыбнулась. Как-то не сразу пришло осознание, что это моя свекровь. Самая настоящая, ведь я замужем за её сыном.
Родные женщины в моей жизни отличались сложными характерами, и мне приходилось всячески под них подстраиваться. Я их уважала, Лилию Александровну на подсознательном уровне тоже. Но в данный момент я была растеряна и не хотела больше слышать в свой адрес унижений.
— Я должна уйти, — холодно сказала женщине и не смогла сдержать слёзы.
В это время мимо прихожей в зал прошла Винера с ядовитой ухмылкой. Она почти добилась своего, прогнала меня из этого дома.
— Ты не можешь, — тихо сказала Лилия и повесила моё пальто обратно, закрыв дверь шкафа-купе. — Пойдём со мной. Сашенька просил поговорить с тобой и присмотреть. Прости, что допустила к тебе Винеру, так быстро ты исчезла...
Она взяла меня за руку и повела мимо зала и того самого туалета, в котором меня ставили на место. Я с надеждой смотрела на дверь кабинета, но оттуда доносилось что-то страшное, поэтому стало ещё хуже, и я дёрнулась, не желая идти с женщиной.
