Автор
В холодном проливье женщина спасает человека от неудачного спуска. Окружающая природа — заброшенное болото — усиливает напряжение. Женщина страстно кричит, чтобы он снимал одежду, пугаясь самой своей решительности и страха за жизнь этого человека.
Лежу, ввысь смотрю, а мужик, тяжело дыша, носом уткнулся в мои белоснежные трусики.
В голове только одна мысль: отстираю ли я своё нижнее бельё после его лица?
А небо беспечное было ярко-синим, как весной. Лес шумел на лёгком ветру. И с тонких лиственных деревьев слетала последняя золотая листва и терялась в лапах вечно-зелёных елей.
Не до одежды. С трудом поднялась. Сунула ноги в резиновые сапоги, взяла корзинку, на дне которой валялась парочка чёрных груздей.
— Знаю тяжело, — задыхалась я. — Но до деревни близко.
Я накренилась над пострадавшим. На нём осталось только тонкое термобельё, в виде облегающих подштанников. И выглядел мой «клиент», как солист балета, побывавший в канализации
Ну и я, красавица. Белый хлопковый лифчик, с рисунком розовых роз, грязные трусы и резиновые сапоги. Волосы мои выпали из «гульки» и упали по пояс, тело покрылось мурашками.
— Бежим, — звала я за собой мужчину, который, пошатываясь, поднимался на ноги.
И неожиданно болото издало чавкающий звук.
— Катер, — устало выдохнул грязный мужчина, хлопая, облепленными грязью, ресницами.
— Вы сюда на катере заплыли? — удивилась я.
Не осуждала, нисколечко. Когда-то широкий ручей соединял две реки. Но со временем он высох, превратился в болото. Вода осталась только на поверхности, что внизу, страшно представить.
Болото безжалостно и опасно. Особенно, когда выглядит, как ручеёк.
Мы больше не общались. Усталость была дикой.
Моя великая миссия была выполнена, и я побежала по лесной тропе. А мужчина, как хочет.
Он захотел присоединиться.
***
Губы дрожали от холода, тело трясло. Силы были на исходе, но я всё равно бежала к дому бабушки мимо покосившихся заборов и гуляющих курочек. Под резиновыми сапогами сминалась опавшая листва.
Воздух влажный и холодный. Пропитавшийся запахом дыма, что заполнял деревню, когда топили печи, он жёг лёгкие. И было мне плохо и уже всё равно, лишь бы в баню попасть.
Раздался свист откуда-то сбоку. Я даже не обернулась.
— Милька! Шикарно выглядишь! — и дикий смех следом."
"По голосу узнала. Это наш местный гопник, Серёжа Мельников. Мой деревенский ухажёр. Хорошо, что я здесь не живу, а только приезжаю изредка.
