Автор
Люди с дач привезли картошку и морковку. А я мужика. Картошка и морковка - только на зиму, а мужчина, похоже решил, что он - мой навечно. И сколько бы я не отнекивалась, он держит крепко… Долгом в двенадцать миллионов рублей...
Если ты ему приглянулась, он поведётся и скажет, что лесбиян.
Я с улыбкой до ушей пошла работать в зал.
Народ схлынул только к четырём часам, а там и до волны желающих поужинать недалеко. В пятиминутном перерыве я сидела у курилки и переписывалась с Розой.
Солнце: «У тебя был парень?»
Роза: «Откуда? Ты видела моё фото».
Солнце: «Неужели попробовать не хочется?»
Роза: «Нет».
Солнце: «А с девушкой хотела бы попробовать?»
Роза: «Я пойду, меня тут зовут. Пока».
__
Солнце: «Девка. Не клюёт на взрослые темы».
Лика Королева Ночей: «Поздравляю, тебя даже девки не хотят».
Солнце: «Мне не проблема найти парня, только зачем он мне нужен?»
Лика Королева Ночей: «Тебе деньги нужны. Вот и ищи богатенького, даром не отдавайся. Потому что они все подонки, и даже любовь выдумали, чтобы было удобно брать, а потом, с уходом любви — выкидывать».
Вообще с Анжеликой не хотелось общаться. Один негатив. Лучше с Розой. Но та, похоже, обиделась.
Солнце: «Роза, не обижайся. У меня тоже парня ни разу в жизни не было.
Роза: «Заводят собачек. А мужей и детей любят».
__
Солнце: «Анжелика!!! Караул! Как выяснить, сколько лет собеседнику?!»
***
Домой я вернулась ближе к десяти часам вечера.
Парковку засыпали осенние листья, и мой припорошённый Жигулёнок стоял одиноко между двумя дорогими машинами, как старик среди молодёжи. Я подошла ближе, стряхнула с него листву.
За парковкой, освещённой фонарями, располагалась баскетбольная площадка. Там в поздний час играли парни.
Бурных аплодисментов не было, а игроки матерились тихо.
Все знают, что орать и свистеть можно только до десяти вечера, потом нужно соблюдать тишину, иначе старухи из нашего дома опять вызовут полицию. А полицейских наши ребята боятся. В прошлый раз приехали такие здоровые, что за двадцать минут нас уделали со счётом двадцать восемьдесят.
— Миля!!! — позвал меня Стас.
Он остановил игру. Покрутил на указательном пальце мяч.
После работы даже не отдохнула. Но во мне столько сил, что я, улыбаясь, пошла к площадке."
"Прямо в платье и кроссовках влилась в игру. Я низкая, по сравнению с большими мужиками, но у меня трёхочковый бросок отточен. Стас меня не подпускает к сетке, потому что меня просто затопчут. Так что моя линяя дальняя. И меня постоянно пасут. Но я лихо изворачиваюсь, могу даже под рукой проскользнуть. И забиваю.
Когда играю или тренируюсь, всегда становится легко.
