Она подошла к кровати и опустилась рядом с Лэйлой.
Вынужденная хотя бы казаться хорошей хозяйкой, Лэйла подтянулась вверх и поморщилась, когда серия судорог заставила ее замереть на полпути.
Пэйн тихо выругалась, а Лэйле пришлось лечь обратно. Срывающимся голосом она сказала:
— Прости, но сейчас я не в состоянии принимать посетителей… неважно насколько ты желаешь добра. Спасибо, что выразила сочувствие…
— Знаешь ли ты, кто моя мать, — прервала ее Пэйн.
Лежа на подушке, Лэйла покачала головой.
— Пожалуйста, просто оставь…
— Знаешь? — резко спросила она.
— Я рожденная Девой-Летописецей.
Лэйла нахмурилась, когда до нее дошел смысл слов, несмотря на душевную и физическую боль.
Пэйн глубоко вздохнула, словно откровение не было поводом для радости, а скорее неким проклятьем.
На самом деле, вся структура системы веры базировалось на том, что этого не случалось.
— Как это возможно? — выдохнула Лэйла.
Бриллиантовые глаза Пэйн были серьезны.
— Не то, чтобы я себе этого желала. И мне не хочется об этом говорить.
В последовавшем напряженном моменте нельзя было не узреть правду в словах женщины. Или сильнейший гнев, о причине которого Лэйла могла только догадываться.
— Ты святая, — с благоговением произнесла Лэйла.
— Ни в малейшей степени, уверяю. Но происхождение дало мне определенную… как бы это сказать? способность.
Бриллиантовые глаза Пэйн даже не дрогнули.
— Я хочу тебе помочь.
Лэйла положила руку на низ живота.
— Если ты имеешь в виду покончить с этим скорее… то нет.
Малыш внутри нее на такой драгоценно-короткий срок. Неважно как долго продолжится боль, она не собиралась жертвовать ни минутой того, что, несомненно, является ее первой и единственной беременностью.
Она больше никогда не пройдет через это. В будущем, когда ее снова накроет период жажды, Лэйла воспользуется лекарствами, вот и все.
Пережить подобную потерю хоть раз более чем достаточно.
— Если ты веришь, что можешь остановить это, — вернулась к теме разговора Лэйла, — это невозможно. Никто ничего не сможет сделать.
— Я не была бы так уж в этом уверена. — В глазах Пэйн появилось сосредоточенность. — Мне просто хотелось бы посмотреть, смогу ли я сохранить твою беременность. Если позволишь.
В заброшенном здании школы для девочек «Браунсвик», мистер Си расположился в бывшем кабинете директрисы.
Об этом ему сказала треснутая табличка снаружи.
Так как отопления в здании не было, температура в помещении ничем не отличалась от температуры на улице, но благодаря крови Омеги, холод не был проблемой. За что, мать его, большое ему спасибо: на другом конце заросшей, покрытой снегом лужайки, в главном общежитии, мертвым сном спали около пятидесяти лессеров.
Если бы те ублюдки потребовали тепла или еды, ему бы чертовски не повезло.