Ты становишься гигантским шилом в жопе с закидонами крутого мена, утыканным пирсингом фэйсом и желанием любой ценой заявить о себе миру… и все же оставаться ссыклом. В конце концов, может Сакстон и носит костюмы-тройки, шейные платки и туфли, но парень знает кто он такой и не боится взять то что хочет.
И что вы думаете, Блэй просыпается у него в постели.
Куин прикрыл веки и положил пирсинги туда, где их нашел. Затем глянул в зеркало. «Так, что он там делал?» подумал он, смотря на свое отражение.
Спустя где-то двадцать минут, Куин покинул комнату. Шагая по коридору со статуями, он миновал закрытые двери в кабинет Рофа, и продолжил идти вперед.
Пройдя дальше, ему нелегко было заглядывать в гостиную второго этажа, с трудом сохранив спокойствие, когда тот диван попал в его поле зрения.
Он прислонился к двери Лэйлы и прижался к ней ухом. Когда Куин ничего не услышал, то задался вопросом, что же именно он хотел выяснить подобным образом.
Он тихо постучал. Ответа не было; нерациональный страх схватил его за горло и Куин, не думая, распахнул дверь.
Сперва он решил, что она умерла, что Хэйверс, сучий сын, напиздел и потеря беременности вышла из-под контроля и убила ее: Лэйла лежала на подушках и не двигалась, ее рот был приоткрыт, руки сложены на груди, словно ее привел в порядок распорядитель похоронного бюро в почтении к усопшему.
Только… что-то было не так, и ему потребовалась минута, чтобы понять что именно.
Отсутствовал нестерпимый запах крови. По сути, в воздухе чувствовался лишь ее нежный, коричный аромат, освежая воздух так, что делал ярче всю комнату.
— Лейла? — позвал он, хотя и обещал, что не будет ее беспокоить, если найдет спящей.
Какое облегчение видеть, как дернулись ее брови, когда ее мозг, даже под покровом сна засек произнесенное имя.
У него было ощущение, что если он повторит его снова, то она проснется.
Заставлять ее возвращаться в сознание казалось жестоким. Что ее поприветствует, по пробуждении? Испытываемая ею боль? Чувство утраты?
Куин быстро выскользнул из комнаты, прикрыл за собой дверь и просто стоял там. Он не знал, куда податься. Роф приказал ему оставаться дома, несмотря на то, что Джон Мэтью выходил… Кто знает, может его из сочувствия освободили от обязанностей аструкс нотрам. Куин и впрямь оценил это. Он так мало чем мог помочь Лэйле… но по крайней оставался по близости, ожидая пока понадобится ей. Безалкогольный напиток. Аспирин. Плечо, на котором можно поплакаться.
«Это ты с ней сделал».
Судя по перезвону, долетавшему из той унылой гостиной он опоздал на Первую Трапезу. Девять вечера. Ага, он проспал ее, но так даже и лучше. Если бы ему пришлось провести минут двадцать за столом в компании почти двух дюжин людей, пытающихся на него не пялиться, он бы ебнулся.