Задняя дверь скрипнула, когда она толкнула ее бедром, заставив вырезать нижним краем кусок пирога в снеге крыльца.
Ее запах был амброзией для него. И когда Эссэйл сократил между ними расстояние, его тело охватила животная похоть.
Эссэйл не останавливался, пока не оказался всего в дюймах от женщины. Так близко, грудь к грудям, она оказалась куда ниже его, но воздействие ее на него было гороподобным: его кулаки сжались, бедра напряглись, сердце гнало разгоряченную кровь.
— Не думала, что увижу тебя снова, — прошептала она.
Его член затвердел еще больше, лишь от звука ее голоса.
— Кажется, у нас осталось одно незавершенное дело.
И оно не включало в себя деньги, наркотики или информацию.
— Кажется, по этому поводу я уже ясно высказалась. — Она откинула назад волосы, как будто ей было трудно стоять неподвижно. — Больше никакого шпионажа с моей стороны. Обещаю.
— Да, ты дала мне свое слово. Но, кажется, я соскучился по твоим глазам на мне. — В морозном воздухе послышалось ее едва слышное шипение между их губами. — Помимо всего прочего.
Она быстро отвела взгляд. Снова посмотрела на него.
Его домушница нахмурилась… вероятно из-за употребленного им слова «человек».
— Нет. Не из-за него.
— Значит, он здесь не живет.
— Нет, здесь живем только мы с бабушкой.
— Почему у тебя вообще сложилось другое мнение?
— Сам ежедневно задаюсь этим вопросом, — пробормотал он. — Но объясни, если дело не в том парне, почему мы не можем встречаться?
Его домушница снова откинула волосы за плечо и покачала головой.
— Говорит женщина, которая почти всегда вооружена.
Она вздернула подбородок.
— Думаешь, я не видела тот окровавленный клинок в твоем коридоре?
— Ах, э-это. — Он отбросил упоминание взмахом руки. — Просто забочусь о бизнесе.
— Я думала, ты убил его.
— Марка… моего друга.
— Друг, — услышал собственное рычание Эссэйл. — Вот кто он.
Эссэйл достал сигару, собираясь ее уже прикурить, но женщина остановила его.
— Моя бабушка учует запах.
Он посмотрел на закрытые окна на втором этаже.
— Просто не делай этого, пожалуйста. Не здесь.
Он кивнул, соглашаясь… хотя не припоминал, чтобы хоть раз из-за кого-то, отказывался от сигары.
Это было произнесено спокойно, без истерии, которую могла бы устроить любая другая женщина на ее месте.
— Это не должно тебя беспокоить.
Учитывая, что они были разных видов? Да. Действительно.
— Никого, кого бы ты знала. Однако раскрою мотивы. Он меня предал.
— Значит заслужил. — Не вопрос, больше похоже на одобрение.
Он не мог не одобрить ее отношение.
Между ними установилось молчание, а затем Эссэйл спросил:
— Хочешь сказать, что не знаешь?
— Как бы я его узнал?
— С каких пор ей вообще обо мне известно?
Его взломщица нахмурилась.
— С тех, как ты приходил сюда в прошлый раз.