И все же он произнес ровным и спокойным голосом:
— Где состоится встреча?
Как только лессер засмеялся снова, будто наслаждаясь всем этим, Эссэйл сосредоточился на рычащем образе самого себя. Было бы неразумно для убийцы проявить жадность или дать ему слишком много свободы.
Единственно-верное утверждение в бизнесе? Незаменимых нет.
По пробуждении, Трез чувствовал себя так, словно парит на облаке… и на долю секунды засомневался, «а не так ли это на самом деле». Его тело до такой степени ощущалось полностью невесомым, что он не был уверен на спине он лежит или на животе.
Сквозь дымку тумана до него донесся странный звук.
Он поднял голову и на него тут же обрушилось осознание обстановки. Красное сияние будильника сказало Трезу, что он все же на животе, растянувшись на кровати по диагонали.
Снова послышался тот странный звук.
Что это? Скрежет металла о металл?
Он ощущал как по гостиной перемещается АйЭм, присутствие его брата было столь же явным, как его собственное. Поэтому если бы в квартире находился левый или нечто представляющее угрозу? АйЭм бы справился с этим дерьмом.
Оттолкнувшись, он поднялся и выбрался из кровати… м-да, вау, комната вращалась по кругу. Опять же, в желудке совершенно, положительно ничего не было. По сути дела, не исключено, что он вырыгал печень, селезенку и легкие во время этой мигрени. Хорошо хоть боль отступила и убийственный отходняк был терпим. Как если бы он напился, а перед этим у него раскалывалась голова от похмелья.
Направляясь в туалет, Трез предусмотрительно не включил свет. Для этого еще слишком рано.
Душ казался настолько приятным, что он готов был разрыдаться как конченый неудачник. И он решил не утруждать себя бритьем… для этого будет время позже, после того как подзаправится. Халат был приятным… уютным, особенно когда завернул отвороты и поднял воротник.
Бродить босиком было довольно отстойно, особенно когда вышел из спальни в тот коридор с мраморным полом, но черт подери, должен же он был выяснить, что…
Трез остановился, подойдя к двери в покои брата. АйЭм рылся в своем встроенном шкафу, вынимая висевшие на вешалках рубашки. Когда он потянул очередную целую охапку по латунному стержню, это ш-ш-ш-ш-ч прозвучало снова.
Естественно, его брат не был удивлен появлением Треза, просто кинув свою ношу на кровать.
— Куда-то намылился? — пробормотал Трез, слишком громко отдавшимся в голове голосом.
— Послушай, АйЭм, не думаю…
— Я и твои шмотки пакую.
Трез моргнул пару раз.