Автор
Кухня была полна неуловимым электрическим дымом, когда кофемашину вновь наполнили какао. Яркий свет фонаря проблеснул через шторы, заставляя все вокруг казаться странным и мистическим — будто весь мир замер на минуту перед некой сменой царства.
Гортензия жила в давно не ремонтируемой квартире, сидела на старых стульях, донашивала вещи, купленные еще при жизни мужа, и на первый взгляд казалась такой, как все пенсионерки, но… Ее холодильник был забит продуктами, которых не мог себе позволить среднестатистический российский пенсионер: осетрина горячего копчения, икра, дорогая колбаса. На столе, в вазочке, лежали шоколадные конфеты. В ванной теснились ряды пузырьков, баночек и флаконов из дорогого магазина, и в гостиной светился огромным экраном супернавороченный телик.
Когда сын удивленно воскликнул: «Да ты себе ни в чем не отказываешь», маменька преспокойно заявила: «Мне из института, как ветерану, продукты присылают, чтобы я с голода не окочурилась».
Только Леша не поверил Гортензии. Гуманитарная помощь – это геркулес, гречка, в крайнем случае банка сгущенки.
Однажды, когда мать ушла к стоматологу, Леша не постеснялся обыскать ее шкаф и нашел там около трех тысяч долларов. Купюры выглядели совершенно обычно, но вот выпущены они оказались в семидесятых годах прошлого века.
Клара́ моментально вспомнил рассказ Сергея Якунина о «захоронке».
В конце концов он решил сбегать в обменник, который находился на первом этаже дома.
Он схватил двести баксов и ринулся вниз. Кассир в окошечке сунул одну купюру в специальное устройство, включил свет, потом спокойно сказал:
– Ваш паспорт.
Леша и охнуть не успел, как стал обладателем кучи российских рублей. Купюры оказались всамделишными. И на вопрос, откуда у Гортензии появилась большая сумма старых долларов, имелся лишь один ответ: она каким-то образом наткнулась на тайник в бывшем доме Леонардо.
Решив допросить матушку, Леша вернулся домой и увидел у дверей сумку со своими вещами.
