Автор
В комнату, где планируется убийство главы города, находит свой дом Аля — и впервые осознает, что жизнь поставлена на карту. Страшная угроза заставляет задуматься о будущем и о том, как она изменит ее. Через несколько месяцев предательство может стать гибелью не только Алины, но и многих других, если планы главного злодея сбудутся....
Мы привыкли к кричащим заголовкам и жестоким фразам о нашей с Рудневым прежней жизни, поэтому вскоре, вновь счастливые и беззаботные, мы собрались за столом. Наступил вечер.
Братья вынесли на песок, ближе к берегу, столик. Укрепили его, обнесли шатром и добыли свет, а мы с Асией накрывали стол. Когда мужчины ушли жарить шашлык, приехали они – моя дорогая Дикая и Макар, ее уже законный муж.
- Послушай, Кинконг, я сама решу, в чем мне ходить! – заверещала подруга.
- Эта юбка слишком короткая. Иди переодеваться, - рявкнул Макар и заставил жену выполнить его приказ.
Все дружно улыбнулись. Мы с мужем привыкли, а вот для Асии, верной и послушной супруги Давида, такие отношения были в новинку.
Хоть Макар давно и стал мужем Вероники, а точнее в один прекрасный день насильно затащил ее в загс, подруга оставалась в своем репертуаре. Даже не представляю, какой сильной должна быть любовь Макара, чтобы уживаться вместе с Дикой.
Поздно вечером мужчины, стоя у костра, выносят вердикт:
- Жены, садимся за стол! Богдан, шашлык готов!
-Ура! Ура! Ура! – сын ураганом проносится мимо меня и занимает место в уютном шатре.
Вид на наш скромный, но большой и красивый дом обескураживал. Он отделан в белых и в коричневых оттенках, как я и хотела. Мы построили его вместе с Рудневым.
Давно за горизонт опустилось солнце, показались звезды на ночном небе, послышались приливы воды – совсем рядом, у нашего чистого берега. И ветерок с моря немного завывал в шатер.
Стол был набит угощениями и мясом. Традиция наших сборов появилась еще несколько лет назад, как только мы пригласили друзей на новоселье.
-А я…беременна.
За столом воцаряется тишина.
Десять секунд.
Тридцать.
Я улыбаюсь неуверенно и совсем не рвусь с поздравлениями, ведь лицо Вероники преображается от радостного к мрачному – с каждой долей секунды.
Что? Почему?
На лице Макара усмешка, больше напоминающая жестокую, нежели радостную от той новости, что он станет отцом. Я совсем не понимаю этих двоих.
- Снова меня разыгрываешь? Очередной развод, дорогая?
Мое терпение лопается, когда Ника всхлипывает и заливается плачем.
- Макар! По-твоему, это развод? Что происходит? Почему ты так груб с ней? – упираю руки в бока, заставляя Макара нахмуриться.
Его расслабленная поза сходит на нет, и через весь стол он подается вперед к Нике.
- Ты не лжешь мне?
Я недоумеваю. Неужели Вероника так часто говорит об этом?
Хотя был один такой случай, когда Вероника просила подыграть мне после их первой встречи.
