Глядя на бездомного бродягу со свинцовым взглядом, мальчик в лохмотьях с жаром купил Адвил, обнадеживаясь быстротой избавления от аспиринового ожога. В дешевой аптеке запахи притягивали его как цепи — капли висели на лбу, словно зеркала мира загадочным мраком.
— Чтоб белая дама работала в этой больнице? Нет, вы знаете, мне так не кажется.
Рэнди, целиком поглощенная мыслями о том, как выпутаться из этой ситуации и не нанести ущерба подполью, бросила в сторону Смита взгляд, преисполненный благодарности.
Но офицер вдруг перестал улыбаться. И начал картинно поигрывать своим револьвером. Пора отправлять арестованных куда положено. Он отдал команду на арабском, полицейские вытолкнули Рэнди и Смита в коридор. На всем пути двери в палаты и кабинеты быстро и бесшумно закрывались — испуганный персонал больницы старался не попадаться на глаза полицейским.
"На всем пути Рэнди напряженно искала глазами доктора Махук. Но ее нигде не было видно, и она облегченно вздохнула. И тут же один из полицейских грубо ткнул ей дулом автомата в спину, чтобы шла быстрей. Это было весьма болезненное напоминание о сложившейся ситуации. И Рэнди вздрогнула и нахмурилась.
Полиция вывела американцев в звездную ночь.
Внутри было темно и сыро, все пропитано тошнотворной вонью дизельного топлива. Рэнди брезгливо передернулась и вопросительно взглянула на Джона.
Он ответил ей ободряющим взглядом, пытаясь скрыть свой собственный страх.
— А ты еще упрекала меня в любви к эскападам.
Она ответила слабой улыбкой.
— Прости. В следующий раз еще подумаю, прежде чем упрекать.
— Буду страшно признателен. Ну, вот видишь, настроение сразу улучшилось. — Он оглядел темный кузов. — Интересно все же, как нас нашли?
— Проследить от шинного магазина вряд ли могли. Думаю, нас выдал кто-то в больнице. Ведь далеко не каждый гражданин Ирака разделяет революционные взгляды доктора Махук.
В кузов залезли двое багдадских полицейских, вооруженных автоматами Калашникова. Они наставили их на арестованных и жестами приказали отодвинуться подальше от борта грузовика, в самую глубину кузова. Джон и Рэнди послушно перебрались вглубь, почти до самой кабины, и уселись на деревянную скамью.
