В Доме на перекрестке каждая стихия — от солнечного света до холодной лампочки — взаимодействует в мистическом ритме. Здесь благотворительность не просто проявляется через кипящие ящики, но и растворяется в воздухе вокруг этих стен. Атмосфера здесь полна загадок и надежд, где каждый жилец — как поэтесса в лунном саду, творит свой спойлер для жизни....
– Клянешься ли быть ей хорошим верным мужем, надеждой и опорой, оберегать и любить ее и детей ваших?
– Клянусь!
– Виктория Лисовская, принимаешь ли ты в свою судьбу Эрилива ле Сорреля?
– Да!
– Готова ли ты стать женой его на веки вечные во имя Судьбы, во имя любви, во имя жизни?
– Да! – Я ласково взглянула на явно взволнованного Рила.
– Клянешься ли ты быть верной и любящей женой, матерью детей его, хранить и оберегать ваш семейный очаг?
– Клянусь! – У меня даже в носу защипало.
Очень странный обряд, очень! Но что-то в этом определенно есть, хотя слова нам жрец говорит немного разные, но все они об одном и том же.
– Надень брачный браслет на руку невесты своей, и пусть Судьба сообщит нам свое решение, – велел жрец Эриливу.
По кивку жреца я подошла к жениху, и он надел мне на левое запястье ажурный браслет. Ну и, разумеется, я тут же принялась его разглядывать. Интересно же, из-за чего Эрилив переживал, что вдруг мне не понравится. Понравился. Старинное украшение из драгоценных металлов четырех цветов, переплетенных в удивительной красоты ажурном рисунке, просто не могло не понравиться.
Браслет на моей руке потеплел, и на месте замочка вспыхнула искорка. И в то же мгновение замок исчез, а браслет стал цельным.
– Виктория Лисовская, Судьба признала ваши клятвы. С этой минуты ты законная жена Эрилива ле Сорреля. Прими же и его в мужья и надень ему брачный браслет.
Отец Рила тут же протянул мне второй, мужской, браслет, и я послушно надела его на левую руку жениха. Или все-таки уже мужа? Ужас, я с этими обрядами совершенно запуталась. Вторая искорка, уже на мужском браслете, и снова заговорил жрец:
– Эрилив ле Соррель, с этой минуты ты законный муж Виктории ле Соррель. Можешь поцеловать свою жену.
О как! Меня уже переименовали в ле Соррель…
Впрочем, обдумать это я не успела. Меня действительно поцеловали.
– Кхе-кхе… – деликатно прервал нас жрец. – А теперь ступайте в пламя Судьбы, и пусть оно спаяет вас крепче, чем любые оковы.
Че-го?! Туда?! В пламя?!
Не пойду!
Я испуганно взглянула на мужа. А он, крепко сжав мою ладошку, ободряюще улыбнулся и шепнул:
– Так надо. Не бойся… Это пламя Судьбы, оно не обожжет, ведь богиня приняла наши клятвы и соединила.
