Сыновья покойного отца в гневе борются за наследство, завещанное незнакомке. Но судьба сводит их самих в роскошный дом престарелых, где им предстоит столкнуться с собственным одиночеством и раскрыть давние семейные тайны. История о втором шансе и настоящей любви.
— Да ладно, мам, ну подумаешь! — весело и задиристо ухмылялся Володька, словно не чувствуя за собой никакой вины. — Ну, побаловались… Так ведь отпустили же нас! Все нормально, отмазались.
— Что вы сделали? — недоуменно переспросил Иван Сергеевич.
— Ну, отбрехались, — поморщился Володя. — Пап, да что вы как маленькие! Я же выкрутился — значит, все в порядке. Не беспокойтесь вы за меня!
Иван Сергеевич с изумлением смотрел на сына, словно увидел перед собой другого человека.
— Володенька… Володя, но ведь то, что ты сделал, — очень плохо! — наконец воззвала к нему Машенька. — Неужели ты сам не понимаешь?!
Володя задумчиво посмотрел на мать, потом — на отца. Первый раз Иван Сергеевич заметил, что у сына очень взрослые глаза.
— Да, мам, очень плохо, — послушно повторил он, словно не вслушиваясь в смысл произносимых слов. — Плохо, конечно. Я больше так не буду, простите, пожалуйста. Просто поиграть захотелось."
"Машенька с невыразимым облегчением вздохнула и бросилась обнимать сына. Иван Сергеевич смотрел на них и изо всех сил пытался отогнать предчувствие беды. «Он же сказал, что все понял! — убеждал Иван Сергеевич сам себя. — Он же согласился с матерью!»
Володя и в самом деле согласился. Соглашался он и потом, когда мать, узнав об очередных слухах от соседей, бежала в комнату сына.
— Мам, ну что ты! — ласково обнимал ее Володя. — Ну что ты так убиваешься? Меня что, в комнату милиции забрали, что ли? Не забрали. И не заберут никогда.
— Да при чем здесь комната милиции? — плакала Машенька. — Ванечка, ты слышишь? Володя, про тебя и твоих друзей говорят, что именно вы магазин на Дерябинской обокрали!
— Ма, перестань, — чуть раздраженно отстранялся Володя. — Не забивай себе голову всякой ерундой. Главное, что я с вами, живой и здоровый.
Эта фраза стала его постоянной присказкой.
Школу Володя окончил и поступил… не в отцовский институт, а неожиданно для всех в кулинарный техникум. «Я ж готовить люблю!» — с улыбкой объяснял он знакомым, недоумевающим, зачем для поступления в кулинарный техникум нужно было заканчивать десять классов престижной школы.
«Главное, что я с вами, живой и здоровый», — улыбался он, когда отец расспрашивал о том, что он делал всю ночь. И ту же фразу повторил матери, когда она случайно вытряхнула у него из кармана маленький пакетик с серо-желтым порошком. Правда, пакетик немедленно отобрал и куда-то унес.
В конце концов Иван Сергеевич не выдержал.
