Что случилось? — Фрэнсис вошла, с удивлением отметив, что Аделина сразу же заперла за собой дверь. — Звонили из Лондона?
— Из Лондона?.. Нет. А что такое?
— Я просто подумала… Я имею в виду, нет ли новостей о Марджори?
На сей раз удивленный взгляд был у Аделины.
— Ведь это вы с ней уехали!
— Да, но… в общем, не важно. — Фрэнсис с нетерпением отмахнулась от вопроса. Очевидно, она ошиблась со своими опасениями. По крайней мере, с ними… — Аделина, что у вас здесь случилось? Почему вы заперли дверь? И почему так тихо?
— Пойдемте, — сказала Аделина.
Фрэнсис растерянно последовала за ней вверх по лестнице. Они вошли в бывшую комнату Джорджа, и Фрэнсис увидела сначала только Викторию и Лору, стоявших возле кровати. Потом она услышала тихий стон — и увидела мужчину, лежавшего на кровати. Подойдя ближе, спросила:
— Кто это?
Это был самый грязный, самый запущенный и самый оборванный мужчина из всех, что она когда-либо видела. В самую первую секунду ее молнией пронзила радость: «Джордж! Джордж вернулся!» Но потом Фрэнсис поняла, что это не так. Несмотря на то что он был весь в грязи, его вполне можно было разглядеть. Мужчина был выше Джорджа и значительно моложе его, хотя под многодневной бородой и падающими на лицо растрепанными волосами едва можно было различить черты его лица.
— Кто это? — повторила Фрэнсис свой вопрос.
— Его нашла Лора, — ответила Виктория. Это звучало так, будто девочка нашла старый башмак или потерянный наперсток. — В овчарне.
— Совсем рядом с Болтон-Касл, — пояснила Лора.
— Что с ним?
— У него на ноге серьезная рана.
Аделина откинула одеяло, и Фрэнсис содрогнулась, увидев огромную страшную рану, кровавую и гнойную. В воздухе повис исходивший от нее смрад.
— Боже мой! — произнесла Фрэнсис.
Аделина снова накрыла мужчину.
— У него сильное воспаление и лихорадка.
— Да, но почему вы не вызвали врача? — крикнула Фрэнсис. — Почему заперлись здесь с ним и оставили его просто лежать?
Все трое какое-то время молчали, потом Аделина сказала:
— Он бредит. Поэтому мы знаем, что он не англичанин.
— Не англичанин?
— Он немец, — сказала Виктория.
Фрэнсис посмотрела на мужчину. На нем была гражданская одежда: светлые брюки и голубая рубашка. На левом запястье — часы с разбитым циферблатом. Фрэнсис определила, что они были французской марки.
— Вы уверены?
— Я немного учила немецкий язык в школе, — сказала Виктория, — и я уверена."
"Все смотрели на мужчину. Он беспокойно метался на кровати. На лице, под кожей, дергался нерв. Раненый открыл глаза. Они были темными, с каким-то неестественным блеском.
— Воды, — пробормотал он по-немецки.
— Что он сказал? — спросила Фрэнсис.
— Он хочет воды, — ответила Виктория.