— Он был невероятно тяжелый! И потом, я еще постоянно думала о том, что он может умереть где-нибудь посреди пастбища, и я тогда буду в этом виновата, потому что так и не позвала врача. Но у меня сложилось впечатление, что он сразу запаниковал, как только я заговорила о враче, и… — Она беспомощно подняла руки и вновь опустила их.
— Ты все сделала правильно, Лора, — сказала Фрэнсис, — и я должна сказать, что горжусь тобой. Притащить тяжелораненого мужчину из Болтон-Касл в усадьбу… вряд ли нашелся бы кто-то, кто смог бы это выдержать!
Лора покраснела от счастья. Ее пальцы смущенно теребили подол платья.
— У него, очевидно, были все основания, чтобы прятаться, — пробормотала Фрэнсис.
Виктория посмотрела на нее.
— Только потому, что он немец? Он ведь может быть и беженцем…
Фрэнсис покачала головой:
— Здесь кроется нечто большее. Тот, кто с таким серьезным ранением забирается в овчарню, вместо того чтобы искать помощь, наверняка чего-то опасается. К тому же у него был заряженный пистолет. Это не безобидный беженец.
— Ты думаешь, он… он нацист? — спросила Виктория, широко раскрыв глаза.
Фрэнсис пожала плечами:
— Мы спросим его, когда с ним можно будет говорить. А до этих пор исполним его желание и никому ничего об этом не скажем.
— А если он всех нас ночью убьет? — Виктория наверняка уже видела себя в луже крови.
— Что за глупости! — раздраженно сказала Аделина. — Он сейчас и мухи не сможет убить. Я обработаю ему рану и сделаю чай, который собьет температуру. — И она деловой походкой поспешила из комнаты.
— Прежде всего мы опять откроем входную дверь, — сказала Фрэнсис, — иначе каждый заметит, что у нас что-то не так. Я сейчас спрячу его оружие в своей комнате, а потом переоденусь. Поездка была действительно напряженной.
Она хотела выйти из комнаты, но Лора робко схватила ее за рукав.
— Как там всё прошло, в Лондоне? — спросила она. — Как… как Марджори?
— О, я думаю, у нее всё в порядке. Ваш отец был очень рад видеть ее. Он… — Фрэнсис запнулась. Впрочем, когда-нибудь Лора все равно узнает, что Хью опять женился; почему бы и не сейчас… — Он опять женился, представь себе!
Лора остановилась с открытым ртом.
— Что?"
"— Да, мы тоже были очень удивлены. Но, в принципе, это не так уж плохо. Марджори сейчас в таком возрасте, когда ей нужен кто-то женского пола, с кем она могла бы общаться.
— И какая она?
— Кто?
— Папина… новая жена.
Фрэнсис решилась на милосердную ложь.
— Симпатичная. Простая милая женщина.
Лора пристально посмотрела на нее и выбежала из комнаты. Было слышно, как хлопнула дверь.
— Тебе не кажется, что можно было бы сообщить ей это более деликатно? — спросила Виктория.
— Я должна была сейчас солгать ей, чтобы потом выдать правду? Я уже достаточно солгала.