Фредерика Винг третье раз посмотрела на часы: до полудня оставалось всего несколько минут. Солнце жгло спину под льняным платьем, а чулки прилипали к коленям. Она знала — июль в Новой Англии может бытьparticularly знойным, но по крайней мере здесь было прохладнее Нью-Йорка. Винг третий раз взглянула на часы и бросила последний взгляд на Южный Саттон перед тем, как двинуться к своей встрече....
— Послушай, Марджи, — спокойно сказала она, — расскажи мне обо всём, — но лицо Марджи исказилось от ненависти — или страха. Фредерика не могла решить, от чего именно. После нескольких безуспешных попыток уговорить Марджи Фредерика сорвалась.
— Марджи, говорю тебе раз и навсегда: если не умеешь вести себя, не приходи сюда. Мисс Хартвел говорила, что ты будешь помогать мне. Ну и помощь! Ты врываешься, не постучав. Ты роешься в кладовой. Ты устраиваешь невыносимые проказы. А теперь ты забралась ко мне в стол…
— Это стол тёти Люси, — лицо Марджи покрылось пурпурными пятнами, голос её звучал приглушённо.
— Лучше уходи, Марджи, пока я совсем не сорвалась. Так уж получилось, что теперь я здесь хозяйка. И сейчас это мой стол, — неожиданно Фредерике стало стыдно. Почему эта девочка так сердит её? Она попыталась справиться с собой, но прежде чем смогла заговорить снова, Марджи быстро вскочила и выбежала из дома.
Ну и детектив из неё получился! Что подумает о ней Питер? Ну, ладно, слишком жарко, чтобы переживать… и гнаться за этой несчастной девчонкой.
Фредерика выглянула с заднего крыльца и увидела, что Крис всё ещё сражается с кустами своим резаком. Она окликнула его, и негр даже выронил нож, словно на него напали. Наклонился, поднимая нож, и повернулся к ней.
— Жарко, — сказал Крис, когда она подошла.
— Да. Я решила, что вы не откажетесь от кофе со льдом, — добавила она. Неожиданно Фредерика захотела, чтобы он не уходил. Ей больше не хотелось оставаться одной. Питер говорил о дежурном полицейском, но Тэйн Кэри ничего об этом не сказал.
— Конечно, — ответил Крис с усталой улыбкой. Фредерика пошла за кофе, а он опустился на крыльцо, достал грязный клетчатый красно-белый платок и стал вытирать лицо и шею.
Фредерика вынесла на крыльцо кофе и тарелку с сандвичами; потом поела сама, а когда вышла, Крис по-прежнему сидел на крыльце.
— Мне пришлось всё утро вас оборонять, — медленно проговорил он.
— О, нет, Крис. Я… ведь всё в порядке. Не думаю, чтобы кто-то хотел причинить мне вред, — сказала она, не очень удачно изображая храбрость.
— Нет, мэм, мисс Винг. Дело не в этом. Все эти дети. Всё утро гоняю их отсюда.
