В Доме у воды ждет читатель невероятное приключение: встретите закутанную в шawl девчонку и дружелюбного лыжника, который готов на все ради тишины своего уголка. В окна стекольщика глядят толпа туристов — каждый день это их повседневный снегопад. Ваше путешествие начинается здесь, где мир вне дверей и внутри каждого сердца....
— Приехать и заявить с порога: «Я знаю, что ты не голодранка, выходи за меня замуж?» Если тебя еще на тот порог пустят, — одернул внутренний голос. — У Ланы де Анвиль небось целый штат прислуги, секретарь и мажордом. Даже если ты заявишься, Сеня, весь такой красивый, кто тебя дальше прихожей пустит?»
Он лениво подцепил кусок сыра и прислушался к пустопорожней беседе родственниц.
— В этом году благотворительный взнос принимается произведениями искусства, — доложила Космонавту Анечка. — Поэтому всем колхозом поехать не удастся.
— Куда вы собрались? — лениво осведомился Арсений, не понимая происходящего ажиотажа.
— Твоя будущая теща дает благотворительный бал в конце апреля, — защебетала Анька. — Вот и нужно туда поехать, чтобы ты смог поговорить с Ланой, и она тебя простила.
— А почему она должна меня прощать? — удивился Арсений. — Откуда такие выводы?
— Ты сильно напортачил, дружок, — хмыкнула Анечка. — По повороту ушей вижу. И я предлагаю план…
— Аннушка уже разлила масло, — скривился Арсений, но мачеху внимательно выслушал, а потом заметил небрежно: — Я поеду сам.
— А чем внесешь благотворительный взнос? — невзначай осведомился Космонавт с набитым ртом.
Арсений внимательно провел взглядом по стене в столовой, где серые шелковые обои оттеняли картины в белых специально состаренных рамах. Всмотрелся в небольшой узкий холст, выполненный маслом и вставленный в старинную раму с золотыми завитушками.
— Даже не думай, — выдохнула мачеха. — Это Шишкин!
— Мой Шишкин, — осклабился Арсений. — Уточни у отца.
— Да, — буркнул Космонавт. — Я дарил тебе эту картину, но ты не пожелал ее забрать.
— Я сказал, что заберу ее позже, — фыркнул Сеня. — Час настал.
— Хорошо, — миролюбиво заметил Космонавт. — Но цена не соизмерима. Возьми Кандинского, он вроде у тебя на квартире остался.
— Заберу вместе с квартирой, — согласился Арсений. — Все свое заберу. Мне теперь много денег нужно.
— Смотри, чтобы она тебя по миру не пустила, — заботливо проворковала Анечка.
— Даже если и пустит, — рыкнул Сеня. — Она — мать моего ребенка…
— Даже так? — пробормотал Космонавт. — Один внук от Польки-проститутки, а второго могу никогда не увидеть… Хороши дела! И что ты намерен предпринять?
— Поеду на Бал Лилий, — отрешенно бросил Арсений. — Со взносом только определюсь и подумаю, кто из наших общих знакомых с Пахомовым может достать приглашение.
