В Доме у воды ждет читатель невероятное приключение: встретите закутанную в шawl девчонку и дружелюбного лыжника, который готов на все ради тишины своего уголка. В окна стекольщика глядят толпа туристов — каждый день это их повседневный снегопад. Ваше путешествие начинается здесь, где мир вне дверей и внутри каждого сердца....
— Отсутствуешь на рабочем месте, — весело хмыкнул Сева, рушив про себя, что, пока не родится ребенок, ничего говорить не станет.
«Конечно, надо бы разузнать все об этом типе. Кто? Что? И по какому праву лапает мою жену? — мысленно ощерился он. — С другой стороны, и Полина не возражала против объятий коллеги. Твою мать! Родится ребенок, сразу тест сделаю. Если мой — отберу на фиг. Ну какая из Полины мать? А если нет…» — Сева даже побоялся додумать дальше."
"Да и теперь гнал от себя растерянность и панику, перемешанные с гневом.
— Суй свою ж. пу в самолет, — пробубнил Арсений, перезвонив, и добавил веско: — Ты мне нужен, Сева.
Самолет начал спускаться над городом, и Сева, прильнув к иллюминатору, принялся рассматривать в темном небе белеющий купол Сакре-Кёр и сверкающие огнями башни Дефанса.
В зале прилета его встречал мрачный старший брат, сжимающий в карманах пудовые кулаки.
— Извини, что без цветов, — хмыкнул вместо приветствия.
И Сева впервые за несколько месяцев рассмеялся. Он боялся, что Сеня дорогой начнет выспрашивать подробности унизительного адюльтера. Но Арсений Юрьевич сразу перешел к делу. Заставил младшенького крутить шестеренками, шариками, роликами, или что там у него вместо мозга?
Сева сначала слушал вполуха, а потом внезапно осознал, что дела обстоят хуже некуда. И измена Полины по сравнению с проблемами Светы и Арсения просто веселый зоопарк на лужайке.
— Гранаты, говоришь? — пробурчал он, подходя вслед за Сеней к черному автомобилю с волнообразными рельефами и массивной радиаторной решеткой.
— Новый Майбах, твою мать, — довольно фыркнул Сева и на правах младшего попросил азартно: — Дай порулить, а?
— Я? — с сомнением уставился на него Арсений. — Это тачка Пахомова, — заметил он и добавил довольно: — С водителем. Садитесь назад, Всеволод Юрьевич.
Арсений распахнул дверь, пропуская Севу, а потом уселся сам и попросил:
— Едем домой, Саш.
Тот кивнул и через несколько минут выехал на оживленную трассу. Сева смотрел по сторонам, не совсем понимая, где находится. Убогие остановки и ларьки, какие-то люди с баулами и обшарпанные дома.
— Где это мы? — удивленно осведомился у брата.
— В Париже, Севыч, — захохотал Сенька и хмыкнул громко: — А ты думал, тут на каждом шагу Эйфелевы башни и бистро?
— Аль-Париж, — весело заметил водитель.
