В Доме у воды ждет читатель невероятное приключение: встретите закутанную в шawl девчонку и дружелюбного лыжника, который готов на все ради тишины своего уголка. В окна стекольщика глядят толпа туристов — каждый день это их повседневный снегопад. Ваше путешествие начинается здесь, где мир вне дверей и внутри каждого сердца....
— Есть хочешь? — поинтересовался тихо, невзначай укладывая руку на ее плечо.
Она кивнула и тотчас же руки Гаранина залетали над столом, собирая на тарелку всего понемногу: ломтики розового копченого мяса, оливки, тунца из банки и даже несколько кругляшков соленого огурца.
— А пить? — Джин снова состроил из себя заботливого мужа. — Водка, пепси, самогонка?
— Только чай, — пробормотала Света, замечая, как за их диалогом следят гости. Девять человек с любопытством, а одна девушка с нескрываемой злобой.
«Красивая и смелая дорогу перешла, — пропела у Светы в голове Анна Герман.
На душе сразу же стало противно, будто она вступила в зловонную жижу.
«Плевать! — про себя отмахнулась Света. — Мне его бабы до фонаря. Но пока я здесь, никаких интрижек на стороне не допущу.
Один из туристов, Света решила, что именно он руководитель группы, крупный бородатый мужик в синем свитере с растянутой горловиной, потянулся за гитарой и, ударив по струнам, хрипло запел:
— Здесь вам не равнины,
Здесь климат иной.
Группа подпевала вразнобой. А следом затянул и сам Гаранин. Света даже не ожидала, что у него красивый глубокий голос. Сюрприз-сюрприз!
— Джин, теперь ты, — бородач передал Арсению инструмент.
— Ну что вам спеть?
— Ланфрен, ланфра! — тут же завопили девушки. Хозяин дома довольно кивнул и, не сводя глаз со своей «жены», запел. Красивая песня, нежный баритон. Но Света вдруг оказалась не в огромной комнате с русской печью и шумным застольем, а на просторной московской кухне с итальянской мебелью и такой же плиткой. Она точно не помнила, какой был повод, но за столом сидела только ее семья и крестный.
Усилием воли Света сглотнула вязкий ком в горле и запретила себе плакать. Что толку?
Она сквозь слезы улыбалась, подыгрывая паясничавшему Гаранину, а потом, когда песня кончилась, сама попросила гитару. Ее репертуар русских песен был невелик, поэтому она затянула «Любовь — волшебная страна».
Низкий и глубокий голос ляльки пронял Гаранина до печенок.
