В глубине ночного леса у Змеиного озера, Карина Кикмарина чувствует себя дома. Растительность вокруг не дает ей знать о своих существах, открываясь только при ее присутствии. Этот мир под водой, полный чудес и тайн, становится местом, где она может быть сама собой.
Все его мышцы отчетливо проступили под золотистой кожей, на которой показались узорчатые чешуйки. Глаза тоже стали золотыми, а лицо слегка деформировалось, вытянувшись вперед. Он даже стал выше ростом.
Несколько минут в зале царила мертвая тишина. А затем в толпе кто-то вдруг закричал:
– Монстр!
Тимофей испуганно вздрогнул. Он не видел кричавшего, но тот не унимался. А вскоре к нему присоединились и другие голоса.
– Господи, вы это видите?!
– Что это за тварь?!
– Вызовите полицию! Пусть схватят это чудовище!
– И наши дети учились вместе с этим?!
Тимофей нервно моргнул, сделав шаг назад.
Тимофей не мог больше это выслушивать. Он просто развернулся и бросился в почерневший от огня и копоти вестибюль кинотеатра.
– Тим! – опомнившись, крикнул ему вдогонку Димка. – Подожди! А вы все заткнитесь!
Но Тимофей не слышал. Выбежав в вестибюль, где запах гари просто сбивал с ног, он ринулся к входной двери.
Тимофей замер. Он не хотел попадаться им на глаза в таком виде.
В этот момент за его спиной послышался странный звон, словно сотни миниатюрных кристаллов терлись один о другой. Мелодичные хрустальные переливы звучали все громче, и вдруг позади Тимофея в почерневшем зале разлилось голубоватое сияние.
Зверев обернулся и застыл на месте. Большое зеркало, висящее на стене в обожженной раме, шло волнами, а в его глубине стояла Саяна, хотя в вестибюле ее не было. Юная огненная ведьма быстро приблизилась к зеркальной поверхности с противоположной стороны и протянула Тимофею руку.
– А мы тебя предупреждали, – произнесла она. – Для них ты всегда будешь чудовищем. Чужаком! Но не для нас…
Секунду спустя ее узкая ладонь высунулась наружу, пройдя сквозь потемневшее от гари стекло.
Недолго думая Тимофей схватил ее за руку, и она потянула его к себе.
Алексей Корф наблюдал за происходящим со второго этажа, стоя на черной от копоти лестнице.
– Как раз этого я и добивался, – с довольной улыбкой прошептал он.
Огненные волки, внедренные в толпу зрителей, справились на славу.
