В глубине ночного леса у Змеиного озера, Карина Кикмарина чувствует себя дома. Растительность вокруг не дает ей знать о своих существах, открываясь только при ее присутствии. Этот мир под водой, полный чудес и тайн, становится местом, где она может быть сама собой.
– Решила в очередной раз привлечь внимание к своей жалкой персоне? Или развела червей, а потом забыла об этом?! На твоем месте я бы почаще наводила чистоту в шкафу.
Ее свита услужливо хихикала, жадно ловя каждое слово Поветрули.
Настя брезгливо стряхнула с одежды налипших червяков. По щекам девушки градом потекли слезы.
– Впредь не будешь мне перечить, – одними губами произнесла Милана и гадко улыбнулась.
Не в силах терпеть, Настя закрыла лицо ладонями и бросилась к выходу из лаборатории. Степа побежал за ней.
– Ну хватит! – прикрикнул на остальных учеников Анатолий Сергеевич. – Посмеялись, и будет! А я еще подумаю, кого заставить все это убирать!
Смех в лаборатории тут же оборвался.
Настя выбежала в коридор, сбрасывая с себя червяков, и уже там горько разрыдалась. Подоспевший Степа положил руку ей на плечо и мягко сжал.
– Просто не верится, – выдохнул он. – Это точно дело рук Поветрули и Седачева!
– Она меня ненавидит! – громко всхлипнула Настя. – Она и все ее дружки и подружки.
– Жаль, что Вещие Сестры их не прикончили, – жестко выдохнул Степан. – Нам жилось бы здесь куда легче!
– Что ты такое говоришь? – разволновалась Настя. – Нельзя даже думать об этом…
– А им можно так над тобой издеваться? – возразил Лешеев. – И над другими учениками? Они никому прохода не дают, ко всем цепляются! Уважают лишь тех, кто может дать им отпор!
– В каждой школе есть такие. От этого никуда не деться…
– А может, пора поставить их на место?
Настя, перестав плакать, удивленно взглянула на Степана.
– Ради тебя я готов на все что угодно, – серьезно сказал Лешеев. – Только скажи.
– С ума сошел? – испугалась Настя. – Оставь их! Не надо им уподобляться!
– Знаю, – нахмурился Степа. – Но иногда так хочется показать этим мерзавцам, что и мы на что-то способны…
11
Катастрофа вселенского масштаба
После занятий Клим Поликутин решил отправиться на клыковское кладбище, проведать могилу отца.
Женя брела вдоль высокой кованой ограды, рассматривая старые и новые надгробия из мрамора и гранита. На некоторых были знакомые имена и фамилии. И, что самое печальное, она лично знала этих людей. Михаил Шорохов, Сергей Белобров… А вот и могила бабушки.
