В темном доме под завесой теней и шепота, девочка теряет контроль над своими чувствами. Соблазн нарастает, как густая дымка, окутывая пространство и повсюду исчезающие фигуры. Здесь каждый шаг становится испытанием, где под звуки музыки изнутри каждого сердца бьется страх или желание....
Мало того, что смерть весьма нелепая, так еще и лишила бы госпожу Марту дорогих клиентов. Только я могу доставить хлопоты и проблемы, даже окочурившись.
Сатир взял меня за пальчики и положил мою ладонь на свой каменный ствол.
— Он жаждет твоей ласки, девочка. — горячо шепнул он мне в ухо. — И отлично впишется в твой ротик."
"Девушка снова хихикнула и, не прекращая интенсивно массировать мой клитор, хлебнула вина прямо из горлышка бутылки.
Дракон ловким движением перевернул меня на живот и поставил на четвереньки.
— Детка, ты только посмотри, какой упругий у нее анус, — страстно прошипел дракон, пальцем водя вокруг в ужасе сокращающейся дырочки.
— О-о-о, это же твоя страсть, мой огненный дикарь, — засмеялась девушка. — Позволь мне подготовить ее для тебя.
Я расслышала, как они стали сосаться за моей спиной, и выдохнула: может, передумают продолжать и развлекутся без меня. Мне все-таки еще сатиру отсосать надо! А кто знает, когда он кончит? Через две минуты или через два часа? Не очень-то хочется потом неделю ходить с открытым ртом.
— Лизни-ка, — ухмыльнулся сатир, указывая на серебрящуюся капельку на головке его члена.
Я подалась вперед, кончиком языка осторожно подхватила пряную смазку и томно моргнула.
— Вкусно?
— Ничего вкуснее не пробовала. — выдавила я.
— Сегодня ты и не такого напробуешься, — угрожающе предупредил он, положил свою ладонь на мой затылок и резко вошел в мой рот.
Моя глотка не была готова к такому повороту событий, и от нехватки воздуха в первую секунду у меня потекли слезы.
Она языком и пальцем смазывала мой анус своей слюной, а чуть позже начала тем же языком проникать внутрь. У меня аж мизинцы на ногах онемели от ранее неизвестных ощущений.
— Не останавливайся, пиявочка, ты нам нравишься! — Сатир снова принялся трахать мой рот, а дракон уже надрачивал свой член в предвкушении нового развлечения.
Кое-как высвободив свой рот, я умоляюще произнесла:
— А может анально в другой раз?
— Мне нравится покорность в твоих глазах, — коварно улыбнулся сатир. — Но совсем не нравится твоя скованность. Поверь, останешься так счастлива, что добавки попросишь.
