Автор
В глубине Эльдафьорде скрываются древние тайны и загадки. Род потомков, подверженный проклятию и облеченный кошачьими глазами, несет с собой потенциал чуда. И вот появляется магия: кого-то из них наделяет сверхъестественной силой, способной остановить зло. Нашлась ли такая могущество в Эльдафьорде?...
— Он появлялся там как привидение, как первый Йолин?
— В таком явном виде — нет. Но в неявном виде появлялся: он продолжал жить в своих потомках, к примеру, в Терье.
— Да, — сказал Эскиль, внимательно следивший за разговором.
Когда они подошли к усадьбе, навстречу им вышли оба молодых крестьянина.
— Мы все это время сидели с Маленьким Йолином, — сказали они. — И все это время он спокойно спал.
Горячо поблагодарив их, Сольвейг пригласила всех на обед.
Странно было находится в доме Терье Йолинсона, когда самого его там больше не было.
"После обеда Хейке пошел к Йолину. Многие пришли, чтобы поговорить с «героем дня», как они называли его, но он говорил всем твердое «нет». Теперь он сосредоточил все свои усилия на мальчике, не желая, чтобы ему мешали.
Целая процессия, возглавляемая священником и Элисом, поднялась на плато. Они долго пробыли там и только в сумерках спустились обратно, принеся на носилках останки трупов. Все это переправили на пристань, в рыбацкий домик, чтобы потом перевезти на лодке в Сотен, где была церковь.
Когда все ушли, Сольвейг, Эскиль и Винга все еще сидели на кухне, хотя было уже поздно. Все так устали после сумасшедшего дня, у всех так слипались глаза, что разговор не клеился. Они сидели и ждали.
И наконец он вышел, Хейке из рода Людей Льда. Лица сидящих на кухне сразу оживились. Сев за стол, он взял Сольвейг за руки. Все видели, что он тоже был измучен, и в этом не было ничего удивительного.
— Что ты думаешь делать теперь? — спросил он Сольвейг.
— Но если он останется здесь…
— Тогда у него нет никаких шансов выжить, это я могу сказать с уверенностью.
— Тогда выбор мой прост, — сказала Сольвейг.
Она замолчала, опустив глаза, но потом докончила свою мысль:
— Знаешь, о чем я мечтала все эти годы? Знаешь, как трудно мне здесь приходилось? Единственным светом в моей жизни был Маленький Йолин. И я уверена, что он так же ненавидит это место, как и я.
— Я знаю, — сказал Хейке. — Он тоже мечтает о том, чтобы уехать отсюда. Но теперь все здесь принадлежит ему — тебе и ему.
