Автор
Язычок облизывает пухлые губы, длинные волосы собраны наверх и плечи беззащитно трепещут. Молочно-белые груди круглые и крепкие, на них вспыхивают полоски от жесткого битья. Женщина стонет, ее голос пересыпанный эросом и незатихающим страданием, взбирается все выше и выше....
И я попросила прощения! Просто не так, как ты хотел…»
— Вы правы, Мастер. Простите меня, пожалуйста, — прошептала Дина.
— Дина, тебе нравится чувствовать себя несчастной? Осталось только заплакать и попроситься на ручки.
Насмешливый тон обжег хуже кнута. Кнутом Лео бил с любовью, словами — ставил на место. Дина судорожно вздохнула, запретив себе плакать. Она слишком много себе вообразила, размякла от ласки и внимания. Ей вдруг очень захотелось остаться одной.
— Простите, Мастер, — повторила она, упорно разглядывая собственные колени.
Лео закончил расчесывать ее волосы и положил щетку на столик.
— Пойдем обедать.
Он протянул ей руку, но Дина покачала головой и не тронулась с места.
— Я не пойду. Не хочу…
— Дина! — Лео повысил голос. — Перестань капризничать!
— Меня тошнит, — соврала Дина. — Я хочу прилечь.
— Я вызову врача.
— Не надо.
— Не надо врать, Дина.
— Хорошо. Я не хочу портить вам настроение своим несчастным видом. Хочу остаться одна.
— Дина, в чем дело? — Лео присел на корточки и заставил ее посмотреть ему в глаза.
Да что же происходит! Совсем недавно Лео был таким нежным и заботливым, а сейчас каждое его слово бьет наотмашь. В чем она еще провинилась?
— Мне… мне нужно в туалет, — пробормотала Дина.
Это единственное место, где она могла спрятаться. У нее совмещенный санузел — можно открыть воду, тогда Лео не услышит, как она плачет.
К счастью, в ванную комнату он за ней не пошел. Дина щелкнула задвижкой, открыла воду над раковиной и присела на унитаз, закрыв его крышкой.
Дина закрыла лицо руками. Лео спрашивал о близнецах и опеке. Отчего? Она вдруг поняла, в чем дело. Он не поверил ее словам и устроил проверку. Нанял детектива? С его деньгами — запросто. Доверие? Саба должна доверять Мастеру?
«Мастер, а что вы сами знаете о доверии?»
Дина помнила, как Павел отзывался о ней, когда пришел в гости к Лео.
К черту Павла и его больное воображение. Пусть думает, что хочет. А вот недоверие Лео — это… это…
— Дина! — Лео постучал в дверь и дернул ручку.
