Автор
Язычок облизывает пухлые губы, длинные волосы собраны наверх и плечи беззащитно трепещут. Молочно-белые груди круглые и крепкие, на них вспыхивают полоски от жесткого битья. Женщина стонет, ее голос пересыпанный эросом и незатихающим страданием, взбирается все выше и выше....
— Стоп-слово?
Она дернула головой, вырываясь.
— Нет.
— Нет, Мастер, — поправил ее Лео.
— Нет, Мастер, — послушно повторила она.
— Ты строптивая девочка, сладкая. Если ты захочешь стать моей сабой, мне придется тебя воспитывать.
Дина судорожно перевела дыхание. Если он хоть что-то понимал в поведении сабмиссивов, то сейчас она испытывает не страх, а желание. Лео снял с нее очки и положил их на стол.
— Перегнись через спинку кресла.
Недоуменный взгляд. «Да, сладкая, не через подлокотник. Так будет удобнее, стыднее, и… слаще».
— А теперь расскажи мне, сладкая, сколько ударов плетью ты заслужила.
Он знал, что она получит десять, и не самых сильных. Плетью и погладить можно, и выбить дух с одного удара. Ему нужно всего лишь небольшое «воспитательное» воздействие.
— Три? — предположила Дина робко.
"— Давай считать, моя прелесть. Три — за побег, три — за игнорирование звонков, три — за дерзость, три — за подушку. Сколько?
— Две… двенадцать…
— Два прощу, для первого раза. Десять. И я хочу слышать счет после каждого удара. Ты поняла, сладкая?
— Да, Мастер.
Дина поджала ягодицы, готовясь к первому удару, и Лео погладил ее снова, заставляя расслабиться. А потом быстро и хлестко стеганул плетью.
— А-а-ах!
В тишине — только частое рваное дыхание.
— Счет, — напомнил он.
— Оди-и-ин… — выдавила Дина и тут же задохнулась от новой волны боли. — Д-два…
Для новичка она крепилась долго. Заплакала лишь на седьмом ударе, да и то — тихо, не в голос. Лео понял это по подрагивающим плечам.
«Плачь, сладкая. Как же ты прекрасна…»
Дине вертелась и дрыгала ногами — ей было сложно удерживать позу. Лео терпеливо пережидал и бил, когда она успокаивалась. Сладкая пытка. Он мечтал добраться до ледяного душа, но еще сильнее желал погрузиться в жаркое и влажное лоно.
— Де… сять…
Дина расплакалась сильнее, больше не сдерживаясь. Видимо, отпустила себя, когда все закончилось. Лео не сразу позволил ей подняться — гладил по пояснице, слегка задрав майку. Попка покраснела, но наутро следов не останется, он сдерживал руку.
— Иди ко мне, сладенькая.
Плед, в котором пришла Дина, оказался кстати.
