— Я проезжал по окрестным деревням, в ближайшей сельская девчонка сплела мне венок, я был тронут, пригласил ее прокатиться со мной. Близость к народу и все такое. Она согласилась. Я ее подвез. Все, — он развел руками в воздухе.
А вот слово «все» прозвенело ложью. Что бы ни случилось с девочкой, наместник это знал. Преждевременно утверждать, что он в чем-то виноват, но вот в курсе и лжет — это факт.
Гэбриэл кивнул, принимая версию Андреса.
— Надеюсь, девочку найдут.
В ответ наместник вздохнул, демонстрируя, что сыт этой историей по горло и не желает продолжать разговор на эту тему.
Вечером принцесса ходила с Андресом на приватный ужин. Гэбриэл видел ее, возвращающуюся в свою комнату. Эрилин выглядела действительно довольной. Он только отметил, что она так и не надела подаренного платья.
Они уезжали утром. Генти высказал упрямое желание уехать вместе с ним и ни за что не захотел и дальше следовать за принцессой. Гэбриэл не возражал, он вообще был не в восторге, что кто-то остается в этом замке.
Прощание было коротким. Гэбриэл пожал Эрилин руку, кивнул Андресу, выслушал еще гору фальшивых благодарностей и признательности по поводу своего вмешательства в битву, а потом охрана проводила их с Джофом до ворот, где их поджидали уже оседланные кони.
Гэбриэл выдохнул, только когда за ними со скрипом закрылись ворота замка.
— Черт-те что, — пробормотал он.
Генти, не понимая, воззрился на него.
— Ты расстроен, что принцесса решила остаться?
Расстроен — не то слово. Скорее уж, зол, что принцесса решила остаться именно здесь. Почему люди вечно сами позволяют себя дурить, а потом жалуются, что их обманули?
Весь замок наместника пылал неискренностью и лицемерием, неужели он единственный, кто это чувствует?
— Я не хочу, чтобы ей свернули шею, — ответил Гэбриэл.
Глаза Джофа округлились.
— Да не может быть! Андрес милый малый, который совсем не кичится своим высоким положением. И от Эрилин он без ума, просто решил ей помочь. Вот и все.
Гэбриэл обернулся на темную махину замка.
— Надеюсь, ты прав, — отозвался он.
Вот только своим ощущениям Гэбриэл доверял гораздо больше, чем малознакомым людям.
На развилке улиц он повернул налево.
— Ты куда? — удивился Генти, поравняв с ним своего коня. — Выезд на тракт направо.
— Знаю.
— Тогда? Не понимаю, — сдался Джоф.
— Хочу проехать через владения наместника, — объяснил Гэбриэл. — Посмотреть, как живут люди в сельской местности. Если я не найду, что ищу, мы всего лишь сделаем небольшой крюк и потеряем немного времени.
В лице Генти, наконец-то, зародилась толика понимания."
"— Думаешь, в деревне отсутствует горящий взгляд: «Я люблю своего господина»?
Гэбриэл усмехнулся. А парень может быть наблюдательным, когда хочет.