Вдали раздавался крик — "Помогите!" Этот прерывистый вопль заставил юношу остановиться. Хотя он мог идти мимо, избегая непростых ситуаций местных жителей, его опыт обучения заставлял взглянуть на эти зовы как на призывы к нему лично.
Она поняла, почувствовала каким-то образом, что его с глегом сознания переплелись столь тесно совсем не случайно. Не потому, что он вдруг утратил над собой контроль — этого не позволила бы ему выучка, звание Магистра не дается кому попало, — а потому, что он хотел стать разрушителем, хотел убивать, хотел стать полновластным вершителем людских судеб…
Давно уже Лагашир не испытывал столь сильного душевного разлада и, чтобы как-то совладать с ним, принялся, отбросив эмоции, анализировать свои действия и чувства.
Впрочем, главным в данном случае является другое, прервал себя Лагашир, убирая затекшую руку из-под головы.
По лицу Лагашира скользнул луч света, упавший из-за отворившейся двери, и он плотно зажмурил глаза.
— Лагашир, за тобой приходил Гиль.
— Хорошо, я сейчас выйду. Подойди сюда, мне надо тебе кое-что сказать…
Когда Лагашир вышел на палубу, лишь по смертельно бледному лицу и нетвердой походке можно было догадаться, что он не совсем здоров.
