Вдали раздавался крик — "Помогите!" Этот прерывистый вопль заставил юношу остановиться. Хотя он мог идти мимо, избегая непростых ситуаций местных жителей, его опыт обучения заставлял взглянуть на эти зовы как на призывы к нему лично.
Не сказал даже, надо ли ее открывать, но если имеется ключ, то… Сами по себе драгоценности, хранящиеся в сокровищнице, меня не слишком прельщают — цену им знают южане, не мы. Однако, мне кажется, именно они могут превратить мудрость древних в реальную силу. А я… — На суровом лице северянина появилась какая-то детская, светлая улыбка. — Я все еще мечтаю увидеть Дивные города, о которых пела песни и рассказывала сказки моя мать, а после и Менгер. Даже если мне самому придется возводить их.
— Мечтатель… — чуть слышно прошептал Эмрик и после недолгого молчания сказал: — Я иду с тобой.
— Я рад. — Мгал растянулся на траве, закинул за голову руки. — В Исфатею… Вы слышите? Как волшебный напев это имя, похожее на имя прекрасной женщины.
Часть вторая
Исфатея
Глава первая
Пещера Утерянных голосов
1
— Мгал, Эмрик, рыкари похитили Чаг! Они караулили за Девичьей горой, и когда она, увлекшись погоней за рогачом, оторвалась от свиты, набросились на нее и поволокли в Ущелье слез, — выпалил Гиль, появляясь из-за скалы.
— Ага! Охотник наконец стал дичью! Замечательно… — Эмрик радостно потер руки. — И упрячут они ее, надо думать, в пещере Утерянных голосов?
— Из Утлого гнезда я не мог проследить их дальнейший путь, но другого логовища у рыкарей в ущелье нет.
— Нет, — подтвердил Эмрик и выжидающе посмотрел на Мгала. Северянин сидел неподвижно.
— М-да-а-а… Ну ладно, садись поешь. Да расскажи поподробнее, как старшая принцесса из рода Амаргеев в плен угодила. Она что же, не сопротивлялась, почему свита не поспела на помощь?
— Еще как сопротивлялась! Двоих рыкарей из лука подшибла, а потом мечом начала махать — только держись! Но они ее арканами достали. Конечно, двадцать мужиков на одну девку набросились… Она хоть и принцесса, хоть и мускулистая, да где ж ей с целой шайкой совладать… — Вооружившись ножом, мальчишка отхватил от висящего над потухшим костром куска жареного мяса изрядный ломоть и продолжал с набитым ртом: — Заарканили, значит, ее, с коня стащили и мешок на голову — вжик! Руки-ноги связали, поперек седла перекинули — и ходу.
— А свита что же? Охрана-то ее где была?
— Так она подоспела, когда уж и след рыкарей простыл.
