От волнения перехватило дыхание, и с тревогой поглядывая на притихших малышей, она дёрнула колокольчик. Вся складывающаяся ситуация ужасно нервировала её. Она не может вести себя естественно, но и вести себя так, как диктуют правила этого мира, ей кажется весьма странным.
И всё же, дождавшись открытия дверей и пройдя в широкий холл, она осталась ждать родителей.
«У порога!» — подумала Злата, стыдясь устремлённых на неё взглядов прислуги.
Она не дочка, вернувшаяся домой с прогулки, а лэра, приехавшая в гости и уповающая на милость родных.
— Талейта? Ну, наконец-то, — раздался раздражённый голос отца, спускавшегося по лестнице.
Он недовольно посмотрел на детей, но всё же подойдя ближе, расставил руки, предлагая дочери броситься в его объятия. Злата, помня о приличиях, сделала шаг вперёд и слегка прижалась к нему. Он чуть похлопал её по спине.
— Ну, будет, — лэр Эйш легонько коснулся плеча дочери, показывая, что уже можно приступить к ведению беседы.
— Доченька, мы ждали вас вчера. Что случилось? — вытирая слезинку в углу глаза, спросила лэра Эйш.
Злата набрала воздух в грудь, чтобы представить детей и объяснить задержку, радуясь, что благодаря словам лэры встреча оказалась не такой холодной, как она думала, но отец перебил её:
— Джас, уведи детей на кухню!
— Почему на кухню, — растерялась Злата, — не надо их кормить, скоро же обед и… — тут до неё дошёл другой смысл приказа.
— Папа, это мои дети… — начала она.
— Не смешите меня, — отмахнулся лэр, — вы всегда были благоразумной девочкой, так что не разочаровывайте сейчас.
— Талейта, ты же не можешь… — умеренно повысив голос, воскликнула лэра, пользуясь правом матери и переходя на внутрисемейное обращение, при этом демонстративно смотря на мальчиков с ужасом.
Её эмоции были настолько наиграны и дозированы, что Злата чуть не усмехнулась. Ей нестерпимо захотелось указать на неподобающее благородным людям поведение, но вместо этого, она опустила глаза и медленно, давая прочувствовать слова, произнесла:
— Папа, наш род никогда не был запятнан родственными склоками. Всё всегда оставалось внутри семьи. Подумайте, что начнут болтать слуги, когда увидят, как вы в первый же день отослали своих внуков на кухню.
— Только то, что это дети ужасного генерала! — жёстко, без всяких платочков, ответила мама Талейты.
— Подождите, дорогая, — задумчиво осадил её лэр, — дочь права. Нам не нужны сплетни, которые можно толковать двояко. Конечно, мы позаботимся о мальчиках и как положено, передадим их в интернат.