— А вспомните себя? — предложил он ей. — И не забывайте, дочь: он единственный наш наследник!
— Три дочери не в счёт? — не удержалась Злата.
— Где ваши манеры? — недовольно посмотрел на неё лэр. — Вы должны понимать, что с рождением брата всё поменялось!
Злата едва не выпалила: «Отдайте приданое и делайте, что хотите!»
Но она слишком хорошо знала, что такое зависимое положение, и попридержала свой язык, да ещё и склонила голову, признавая силу за отцом.
Поманив мальчишек, она подождала, пока они подойдут, обходя будущего наследника рода Эйш, и все вместе одолели широкую лестницу вслед за Джасом. Каджи всё время оглядывался на грозящего ему кулаком Дамиана и от этого часто спотыкался. Иржи, наоборот, боролся с собою, чтобы не обернуться, но помогая брату подняться, прекрасно видел устремлённые вослед неприязненные взгляды хозяев дома. Злата поднималась как в замедленной съёмке, чтобы не оставить сыновей позади.
— Джас, вечером привезут мои вещи, проследите, чтобы не разбили зеркало. Оно тяжёлое и ценное.
— Джас, очень тяжёлое! — обратила особое внимание слуги Злата, вспоминая, что в этом доме принято экономить на всём, но только не на прихоти хозяев. Чтобы поднять зеркало, придётся просить помощи конюха или садовника, так как слуг-мужчин всего двое.
Оставшись наедине с детьми, Злата со вздохом уселась на диван, как будто весь день была на ногах, и посмотрела на жмущихся друг к другу малышей. Иржи выглядел воинственно и непримиримо, а Каджи с тревогой кидал взгляды на брата и, похоже, хотел в туалет.
— Давайте изучим комнату уединения, — с улыбкой предложила Злата.
После того, как они все привели себя в порядок, атмосфера отчуждения немного развеялась. Девушка обняла своих детей и отчего-то шёпотом ещё раз пообещала им, что она всегда будет на их стороне.
— Нам бы только получить деньги, мы купим красивый дом и уедем отсюда.
— Мама, но зачем нам новый дом, разве наш старый плох?
— Иржи, тот дом принадлежит твоему папе, — напряглась Злата.
— Но почему мы тогда уехали?
— Потому что я там не имею права жить, — девушке хотелось бы избежать этих вопросов, но лучше всё объяснить самой, чем потом это сделает некий «доброжелатель».
— Папа тебя выгнал? — Иржи спрашивал и заранее не верил положительному ответу.
— Скажем так: мне надо просить его о разрешении жить там. Вот как мы сейчас стояли внизу и просили приюта.
— Но папа другой, и он любит тебя, — сложности взрослой жизни никак не укладывались в голове мальчика.