Низшим созданиям трудно было поверить, будто прокатившуюся волну страха и неуверенности породил один из хранителей Дороги. Они кружили вокруг Гаэласа и Лизы, выискивая источник незнакомых вибраций, но эльф крепко держал в объятиях юную некромантку, защищая её от любителей полакомиться болью и страхом.
– Прости меня, – тихо пискнула Лиза, изо всех сил стараясь выровнять дыхание.
Гаэлас слышал, как бьётся её сердце, и незаметно сплетал за её спиной магический щит.
– За что? – девушка медленно выдохнула и подняла голову, встречаясь глазами с эльфом.
– Из-за меня ты родилась с тёмным даром, – еле слышно сказал он.
Её губы дрогнули в слабой улыбке:
– Из-за тебя я родилась. И я люблю тебя.
Эльф улыбнулся ей в ответ:
– Как и я тебя, Лиза. Разгоним этих мелких тварей и займёмся делом?
Почувствовав силу двух некромантов, глупые маленькие тени бросились врассыпную. Их более разумные сородичи, хорошо понимающие, что это за место и какие волшебники путешествуют сумрачными тропами, плавно перемещались на безопасном расстоянии от Дороги. Иногда они перекликались друг с другом – их голоса были похожи на уханье сов в лесной чаще, на приглушённые стоны или даже на лязг металла.
Время на Дороге текло незаметно. Здесь не было солнца или звёзд, чтобы ориентироваться по ним, не было смены времён года. Фрагменты сумрачного пути, составленные из воспоминаний давно умерших людей и эльфов, напоминали запорошённые пылью осенние или весенние пейзажи. По большей части путь пролегал среди густых лесов или туманных полей, но иногда по обочинам проступали силуэты полупрозрачных построек – деревенских домов, трактиров, сараев.
Центром считался перекрёсток пяти дорог в виде небольшой площади. Лиза и Гаэлас бывали здесь нечасто: портал, ведущий в Трир, находился на самой окраине. Это место было похоже на ушедший под мутную воду древний городок. Здесь стояла даже ратуша, населённая белыми, как снег, призраками. Но главной примечательностью была доска объявлений.
Маги из различных уголков Веллирии оставляли друг другу послания в виде тайных символов Гильдии призывателей теней. Несмотря на то, что никто из посторонних до сих пор не сумел проникнуть на Дорогу, использовать письменную речь эльфов или людей было запрещено.
– Почему нельзя просто написать? – спросила Лиза, впервые оказавшись на перекрёстке.
К тому времени она уже знала, что обычные принадлежности для письма в сумрачном мире не годятся. Чтобы бумага и грифели не растворились в небытие, их обрабатывали специальным алхимическим составом, содержащим эктоплазму.
– Многие духи помнят, как читать, – ответил ей Гаэлас. – Никогда не знаешь, кто призовёт духа в мир живых. Это может быть маг, который не приносил клятвы Гильдии.