В полдень Альциона взмывала высоко в небе, словно желтый язычок угля. Все скрывались в тени - деревья и животные. Однако один человек двигался быстро по лугам, не замечая жары. Его решимость говорила о том, что он на пути к Альционе.
Смысл сказанного лишь скользнул по периферии заторможенного сознания. Антон нахмурился, пытаясь пробудить воспоминания, еще скованные невидимым льдом длительного анабиоза.
Он принял решение погрузиться в низкотемпературный сон, после того, как все-таки отключил Клеопатру.
«Неужели прошло семь лет?», — мысль пугала своей сутью.
Минувшие годы слились для Антона в один короткий миг. Ему казалось, что он лег в камеру всего лишь несколько минут назад.
Таймер автоматического пробуждения он выставил на восемнадцать лет — именно этот срок выдала система жизнеобеспечения криогенного комплекса исходя из особенностей организма.
Убежать не получилась. Система жизнеобеспечения оказалась категорична — более длительный срок пребывания в низкотемпературном сне мог вызвать необратимые изменения в организме.
Антон с трудом сделал шаг. Добравшись до консоли управления, неверным движением руки коснулся нескольких клавиш. В поддон внизу консоли упала пластиковая банка — стимулятор с витаминизированным напитком.
Марков опорожнил ее наполовину двумя глотками, и перевел дух, вытерев губы ладонью.
На откидном стуле лежала аккуратная стопка одежды, уложенная им … совсем недавно? Или уже очень давно?
Антон нашел в себе силы усмехнуться и принялся одеваться.
Склонившись над приборной консолью, Марков набрал на клавиатуре команду, пробежал взглядом строчки информационного сообщения, вспыхнувшего на экране.
После того, как он отключил киберинтеллект, системы командного модуля распались на автономные сегменты. Они функционировали исправно, но уже не было той управляющей единицы, которая гибко реагировала на нестандартные ситуации, принимала решения и производила непрерывный мониторинг обстановки.
Антон допил напиток, пытаясь сообразить, что же такого могло случиться. Ничего путного на ум не шло, лишь смутное ощущение тревоги, надвигающейся беды.
