Так как в одни руки нельзя было взять столько, сколько хочешь, то многие приводили с собой друзей или родственников, чтобы взять столько, сколько нужно. Виталию это было знакомо по походам с матерью за колбасой. Тоже в одни руки много не давали, и он выстаивал огромные очереди с мамой, чтобы взять колбасы. И не раз бывало, что колбасы всем не хватало и очередь до него с мамой не доходила. Но самое обидное было, когда эта очередь доходила, но прямо перед ними колбаса заканчивалась. Здесь, на Лермонтова, все было точно так же.
В связи с тем же горбачевским постановлением производство алкоголя сильно сократили, и многим, кто стоял в конце очереди, его не доставалось. Но публика здесь была совсем не такая, как в очереди за колбасой. Если там женщины просто расстроятся, что им не досталось, да сразу разойдутся, то у этих магазинов дело нередко заканчивалось и дракой. А было и что вышибали дверь магазина, брали его в осаду. Случай этот был как раз вот здесь, на Лермонтова, и о нем ходили легенды.
Раньше Виталий думал, что в этой легенде все преувеличено. Что не могут вот так вот идти на откровенное преступление ради водки. Но видя в очереди вокруг столько возбужденных лиц, многие из которых были, как их называли, мордатыми, в это верилось сразу. Некоторые такие мужики вполне могли решительно пойти на штурм, если бы водка закончилась или прямо перед ними ее прекратили продавать.
Виталий с парнями были в очереди уже совсем близко к прилавку. Тут стояли несколько кильдымовских мужиков, о некоторых из них Виталий слышал и раньше.
Еще при подходе к магазину Филипп сказал, что в очереди стоит Витя Блатной. Это был знаменитый лагерный авторитет, которого знали и уважали многие в городе. И о его песнях под гитару ходили легенды, что его хриплый голос не отличишь от голоса Высоцкого. И еще третий из парней, которого звали Коля, узнал в очереди какого-то Стаса. И Блатной, и Стас были уже взрослыми прожженными мужиками, которые чувствовали себя в этой очереди как рыба в воде.
Виталий даже был уверен, что они не стояли тут с двух часов, когда только начали продавать алкоголь, а подошли и вклинились уже где-то возле двери. И они спокойно приняли в очередь ребят из своего района, и никто им даже слова против не сказал. Зато когда кто-то из мужиков попытался вклиниться впереди них, сразу раздался хриплый бас Блатного.
— Э-э, вы че это лезете поперек батьки в пекло, я не понял?!
Мужики в нерешительности остановились.
