В классах шпаргалки и билеты становятся повсеместной необходимостью для подготовки к экзаменам. Одна ученица жалуется, что удастся ли ей в последний момент похитить нужную бумагу, а другая мечтает о попытке списать с этой шпаргалки на четвертом или десятом месте.
И если сейчас мужики начнут разбираться, кто прав, кто виноват, или разнимать спорящих, то она может больше и не начаться. И не представится случая проявить себя. А так повод напасть был, Колесо был один, в крови, и его держали за шиворот.
— Вы че, сука?! Все на одного?! — только и успел выкрикнуть на подлете Виталий и с разбегу начал бить всех подряд.
Раздались крики, и женский, и мужские. Кто-то сильно ударил Виталия по голове сзади, но в горячке он даже почти не почувствовал этого. Потом кто-то ударил в плечо и живот.
— Все, хорош, пацан! — прохрипел его хриплый голос не над ухом, а где-то под ухом, так как он был очень маленького роста.
Поначалу Виталию даже показалось, что голос раздался снизу и Блатной лежит. Он посмотрел под ноги, но Блатной оказался сзади. Он взял Виталия за плечо и повторил:
— Хорош, хватит с него.
— Ни х…я ты ему е…учку разбил, — удивленно и одновременно восхищенно произнес Филипп, подходя к Виталию, который как раз отпустил свою жертву.
При приближении Филиппа, который был очень крепко сложен, человек, избитый Виталием, испуганно попытался закрыть лицо руками. Но Филипп только рассмеялся и сказал, пытаясь убрать его руки в сторону.
— Да я посмотрю только. Ха-ха. Да убери руки, говорю, бить не буду, не бойся. Посмотрю только.
"Виталий тоже криво усмехнулся, слизывая кровь с разбитого кулака, и обернулся назад. Там шли разборки, к которым сразу присоединился остановивший его Блатной. Мужчины только сейчас начали выяснять, за что те хотели избить Колесо. Гусь тоже был с ними. Филипп же стоял рядом с Виталием, видимо, он как-то больше проникся к нему. Знакомы были всего несколько часов, но уже столько всего произошло.
