В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дорога особого значения»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— О чем? — потер лоб Афанасий: он все еще обдумывал осенившую его идею. — А вот о чем… Сейчас мы с тобой раскрываем преступление, не так ли? Ну, не само преступление, а подготовку к нему, хотя какая, в общем, разница?
— И что? — спросил следователь.
— А что нам говорит наука криминалистика? А она нам говорит, что каждое преступление — это цепь из многих звеньев. А коль цепь, то хотя бы одно звено в ней должно быть ненадежным. Слабым. И вот если его найти и за него потянуть, то и цепь — это будет уже не цепь, а груда металла.
— Будем искать слабое звено в цепи? — спросил Карагашев.
— Именно так! Тем более — оно отчетливо просматривается. И это звено…
— Заключенный Осипов, — продолжил мысль Афанасия следователь.
— Вот именно! К нему-то нам и нужно приступить!
— Арестовать?
— Э, нет! — покрутил головой Лыков. — У тебя на уме одни аресты. Арестовать одного, арестовать другого… Нет, тут нужно действовать иначе. Я бы сказал — тоньше. Вот смотри, какая мысль пришла мне в голову…
* * *— Ну, и что у нас нового и неожиданного? — спросил Раздабаров у Лыкова, когда того привели обратно в барак.
— А вот ты послушай… — ответил Афанасий.
И он рассказал Раздабарову о своем разговоре с Карагашевым.
— Значит, Белов Василий Васильевич, эвакуированный инженер-путеец, одинокий, непьющий и вообще — личность, не вызывающая никаких сомнений и опасений… — в раздумье произнес Игнат, выслушав рассказ Лыкова. — И при этом лучший друг начальника лагеря Сальникова, который подозревается в убийстве лагерного оперуполномоченного. Очень даже интересно…
Раздабаров умолк и оглянулся по сторонам — не подслушивает ли кто-нибудь их разговор. Поблизости никого не было, и Раздабаров продолжил:
— Эвакуированный… Значит, прибыл откуда-то со стороны. Оттуда, где сейчас фронт. А отсюда осторожный вывод: что стоило немцам под видом эвакуированного заслать в Мариинск своего шпиона? А почему бы и нет? Очень удобно и безопасно. Сколько их сюда прибыло с начала войны? Я так думаю, тысячи. И затеряться в такой толпе проще простого. Вот они его и прислали… А что, пускай он себе здесь живет. Авось пригодится. Вот он и пригодился. Как говорится, пробил его час. Логично?
— Может, и логично, — пожал плечами Лыков. — Да вот только при чем тут Сальников?
— Ну, а что мы знаем о Сальникове? — ответил на это Игнат. — Ничего мы о нем не знаем. Кто он такой, чем дышит… А отсюда еще один логический вывод. А может, и Сальников — того?
— То есть тоже немецкий шпион? — уточнил Лыков. — Предполагать, конечно, можно все что угодно…
— Сомневаешься? — усмехнулся Раздабаров. — Представь, я тоже пока сомневаюсь. Но ведь он каким-то боком причастен к убийству оперуполномоченного и его осведомителей. И от этого никуда не денешься.
