В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дорога особого значения»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В годы Великой Отечественной войны германское командование разрабатывает коварный план диверсии на Транссибирской магистрали. Фашисты намеревают использовать заключенных сибирских лагерей для восстания, которое парализует снабжение советских войск. Сотрудники советского спецназа СМЕРШа...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Пошептаться надо, — сказал подошедший, обращаясь одновременно и к Афанасию, и к Игнату."
"— И кто ты такой, чтобы нам с тобой общаться? — спросил Раздабаров, стараясь придать своему голосу надменность. Если судить по внешнему виду, то подошедший был из бытовиков или политических, а значит, блатному с ним полагалось говорить именно так — надменно и свысока.
— А вот я все объясню, — сказал подошедший. — Но только отойдем в сторонку. Чтобы другие не слышали…
— Ну, отойдем, — с усмешкой ответил Раздабаров и покосился на Лыкова — слышит ли он. Лыков, разумеется, все слышал.
Втроем отошли.
— Ну, говори! — все так же насмешливо и свысока произнес Раздабаров.
— Тут такое дело… — вполголоса произнес незнакомец. — Взялись за вас, за блатных. Крепко взялись! Еще пару деньков, и повяжут всех вас! И кого куда: кого — в другие лагеря, кого — в кондей, а кого-то — и к стенке. Дело известное, за убийство опера и его стукачей…
— Тебе-то что с того? — пожал плечами Раздабаров. — Что это ты так обеспокоился? Не тебя же поставят к стенке!
— Не меня, — согласился собеседник. — Но ведь вы же не убивали. Никто из блатных никого не убивал. За что же вам принимать пулю или гнить в штрафном изоляторе? Получается — несправедливо!
— А справедливо — это как? — спросил Лыков.
А Раздабаров добавил:
— Ну, а ты-то отчего так озаботился и взволновался? Кто ты вообще такой? Что тебе надо?
— Я знаю, кто убил опера, — сказал собеседник. — И его стукачей — тоже…
— Вот как, — равнодушно произнес Лыков и с презрительным видом сплюнул. — Шел бы ты от нас подальше со своими дешевыми подходцами!
— И передай «хозяину», или кто там тебя послал, наш пламенный привет! — добавил Раздабаров. — А то ведь и ты ляжешь с покойным опером — на общих правах и основаниях. За такие-то дела!
— Мы можем вам помочь, — сказал собеседник.
— Вы — это кто? — пренебрежительно произнес Раздабаров. — И в чем помочь? Погоди, Угрюмый! Не стоит его валить тут же, на месте… Пускай он для начала выскажется. А там поглядим…
— Тут дело вот в чем… — начал собеседник.
И он рассказал Раздабарову и Лыкову примерно то же, что рассказал Подкове Осипов.
— …Ну, вот, — закончил рассказ собеседник. — Теперь вы все знаете. Думайте, решайте…
— А почему ты затеял такой разговор именно с нами, а не с другими блатными? — спросил Лыков. — Чем мы так вам глянулись?
— Не только с вами, — пояснил собеседник. — Прямо сейчас ведутся разговоры и с другими такими же, как вы. В том числе и с самим Подковой.
— А не врешь? — недоверчиво спросил Раздабаров.
— А ты пойди и спроси у Подковы — был с ним такой разговор или нет. Думаю, он тебе скажет…
— Допустим, — сказал Раздабаров. — Но нам хотелось бы подробнее знать о работенке, о которой ты заикался.
