Ему не хотелось менять грязные ползунки, гладить пеленки, греть детское питание, постоянно носить ребенка на руках. Если Денис не спал, им нужно было постоянно заниматься, если же он засыпал, нельзя было включать телевизор, чтобы ребенок не проснулся. Звукоизоляции в этом дешевом жилище не было никакой. Родиславу хотелось поговорить, как он привык, рассказать о знакомых, о работе, обсудить политические новости. Люба всегда была для него заинтересованным собеседником, а Лиза казалась полностью аполитичной, ей не интересны были ни горбачевские реформы, ни сослуживцы Родислава, которых она не знала, ни его работа, в которой она ничего не понимала. К своему удивлению, Родислав понял, что скучает не только по Любе, но и по тестю, по долгим разговорам с ним. Только теперь он оценил остроту ума Николая Дмитриевича и то, как глубоко он видит и как с ним интересно.
Получив зарплату, он позвонил Любе и сказал, что хочет приехать, привезти деньги.
– Ты с ума сошел! – рассмеялась она. – Ты же проверяешь Магаданский филиал.
– Черт, я и забыл совсем. Тогда давай встретимся.
Они встретились в метро, но вместо того, чтобы просто передать конверт с деньгами, Родислав неожиданно предложил пойти куда-нибудь посидеть.
– Разве тебе не нужно домой? – удивилась Люба.
Он безразлично махнул рукой:
– Пойдем, выпьем кофе, поговорим.
Встреча затянулась, они говорили без умолку, Родиславу хотелось поделиться с ней всем, что произошло за две недели, прожитые с Лизой. Люба не отрываясь смотрела на него и внимательно слушала о том, как проходит борьба с пьянством в рамках Министерства внутренних дел, скольких человек поймали за распитием спиртного на рабочих местах, как их наказали, кто из знакомых пострадал при этих рейдах, у кого с кем испортились отношения. Он даже сам не ожидал, как, оказывается, соскучился по этим разговорам."
"Кофе в заведении был пристойный, а вот пирожки оказались ужасными. Родислав надкусил один и брезгливо положил обратно на тарелку.
– Нигде не умеют печь пирожки так, как ты, – сказал он. – Я ужасно соскучился по твоей стряпне.
– Я бы пригласила тебя к себе в гости, – рассмеялась Люба, – но, увы, ты далеко. Кстати, когда ты планируешь вернуться?
– Куда?
В первый момент Родислав понял ее вопрос так, будто она спрашивает, когда он вернется домой. И впервые в его голове мелькнула шальная мысль о том, что, может быть, так и надо сделать. Пока не стало слишком поздно.
– Из Магадана, естественно, – спокойно ответила Люба. – Мне в выходные придется ехать на дачу, что-то говорить папе и Леле. Нам с тобой этот вопрос надо решить. Для них ты пока еще в Москве, про командировку я наврала только Коле.