В глубинах заснеженной тишины ждет чужая душа. Кристина в ужасе оправдывается перед Арманным за свой выбор, а тот игнорирует ее слова, пытаясь говорить о том, что кажется естественным и бессмысленном. Такова ситуация, где страсть переплетается с обманом и страхом.
Напротив, едва ли не начала ластиться, что Кристина расценила, как предательство чистой воды. Да что та творит? Неужели не понимает, своим поведением подставляет подножку ей, человеку? Что делает её слабой, безвольной? Но кошке было всё равно — её вели инстинкты.
И сейчас они требовали подчиниться тому, кто для неё был чертовски привлекательным.
Поцелуй становился всё более смелым. Яростным. Дореченцев пытался раздвинуть губы Кристины, и той пришлось приложить все усилия, чтобы противостоять напору. Делать нечего — пришлось применить экстренные меры.
Конкретно — укусить Дореченцева.
Тот, издав утробный рык, оторвался от неё.
— Ах ты…
Его карие глаза полыхали смертельным огнем. И Кристина испугалась. По-настоящему. Ей даже на секунду показалось, что он её ударит, такая бешеная ярость застыла на его лице.
— Пусти меня, — прошипела она, не желая сдавать позиции. Отчетливо понимая — сейчас смалодушничает, он успеет её трахнуть прямо на палубе, разложит на столе, задрав подол. От его большого тела исходила едва ли не ощутимая вибрация, которая невольно передавалась и ей.
Взгляд — тяжелый. Темный.
Облизнув капельку крови, выступившую на нижней губе от её укуса, и тяжело дыша, Дореченцев сделал шаг назад.
— Кошечка выпустила коготки?
Только сейчас Кристина обратила внимание, что её дыхание тоже сбилось. Ногти впились в нежную кожу ладоней, а по спине бегут мурашки.
— Мне пришлось…
Она не договорила. Да и имели ли значение слова? Они смотрели друг на друга, как два недруга, схлестнувшиеся в смертельной схватке.
Кристина сгруппировалась, готовая к новой атаке. Она не верила, что Дореченцев её отпустит. Вот не верила, и всё тут. Он был странным, этот мужчина со злым взглядом. Откуда столько ненависти, агрессии? Что она ему такого плохого сделала? Даже если предположить, — пусть он считает, что она готова с ним переспать за деньги.
— Тебя проводит к причалу мой человек. И вызовет такси, — сказал и, развернувшись, ушёл.
Кристина схватилась за спинку стула, чувствуя, как ноги отказывают её держать.
"Размышлять над мотивами его поступков она не собиралась. Схватила клатч и поспешила к трапу. Поскорее бы убраться с этой чертовой яхты!
Человек Дореченцева, пока подъезжало такси, стоял неподалеку. И лишь посадив Кристину в салон, скрылся из виду.
Кристина, назвав отель, откинулась на сиденье, прикрыв глаза. Усталость и какая-то необъяснимая тоска завладела девушкой.
